Я стояла и изображала статую — ровную, спокойную, со взглядом, направленным в пространство.
Остальные тоже не двигались — весь первый курс Высшей Военной школы, все сорок с лишним человек, сейчас представляли собой идеальную такую шеренгу. А магистр Хипп шёл вдоль ряда и изучал «птенцов».
Чем ближе он подходил, тем тревожнее становилось на сердце, и тем больше хотелось верить в чудо. В то, что Хипп не заметит! Или притворится, будто не заметил. Тем более ничего особенного не произошло.
Ну да, две леди из шести стоят подранные. У одной синяк на скуле, у другой кровоподтёк и длинная царапина от уха и до самого декольте. Ещё у нас руки расцарапаны и волосы не такие роскошные как обычно. Но мы же не на светском рауте, тут нет жёстких требований к причёскам.
Магистр шёл, шёл… а потом споткнулся. Остановился напротив Миоль и кашлянул удивлённо:
— Кхм…
Заметил всё-таки? Эх, линялый ты хвост — как выражается лорд Эрвин.
— Леди? — повысив голос, позвал преподаватель. — Кто вас так? Что случилось?
В тренировочном зале повисла заинтригованная тишина.
С момента нашего появления сокурсники едва не лопались от любопытства, но их вопросы мы игнорировали. А не ответить преподавателю, конечно, нельзя.
Вот Бледная и призналась:
— Это Августа сделала. Мы немного повздорили.
Хипп резко повернул голову и приказал:
— Леди эс Тирд, шаг из строя. — А потом и моей противнице: — Вы тоже шаг вперёд.
Секунда и всё: мы отдельно, курс отдельно. И такие мурашки по спине побежали, что захотелось втянуть голову в плечи и провалиться сквозь пол.
Хипп дошёл до меня, осмотрел, и…
— Ну и кто так дерётся? — препод поморщился, словно наша неумелая драка его оскорбила. — Давайте-ка на маты.
О, нет. Только не это.
В смысле, Миоль, конечно, та ещё гадина, но у меня и с предыдущего раза всё болит.
Но Хипп моих мыслей не слышал, читать по лицу ему тоже не хотелось. Идея столкнуть нас на ринге воплощённому однозначно нравилась.
— Так, девушки! — едва мы разулись и добрались до мягкого покрытия, провозгласил дракон. — Обе в боевую стойку!
Мы подчинились. Лично у меня в этот момент искры из глаз вышибло — Миоль нанесла такой удар в бок, что до сих пор болело.
— Раунд тридцать секунд, — объявил Хипп. — В пах не бьём.
Тут он подумал и исправился:
— А нет, вам можно. На счёт «три» — бой. Раз, два… три!
Если он хотел поиздеваться, то получилось идеально. Просто наша первая потасовка закончилась меньше часа назад, и прямо сейчас мы ничего не могли. Даже ненавидеть друг друга удавалось с трудом! Хотя уж кто, а Миоль ненависти заслуживала.