— Сохрани, потом ему покажешь, — хмыкнул Леанор. — Астору будет приятно.
— Простите… Вы говорите на сардарите, я не ошибся?
Мы одновременно повернули головы в сторону взволновано покусывающего губы старика. Сардаритом археологи обозвали мой родной язык — откуда ученым знать, как он назывался на самом деле? Свои дела мы с Леанором обсуждали на нем: мало ли кто подслушает то, что ему знать не положено. Как оказалось, даже такие меры не были гарантией безопасности. Старик обратился к нам именно на сардарите.
— Еще раз простите за беспокойство, — спешно затараторил он на ломанном английском. — Меня зовут Ван Хедвиг, я профессор Германского института археологии. Я всю жизнь посвятил изучению сардарита, благо он похож на латынь, но ваш уровень… Вы явно продвинулись намного дальше меня!
Я мысленно выругалась. Латынь действительно произошла от сардарита. Кто мог подумать, что к мертвому языку так быстро подберут ключ?
— Прошу, если сможете, помогите, — профессор сунул нам под нос стопку фотографий. — Это единственная на данный момент полностью сохранившаяся книга тех времен, но я не могу ее перевести! Слишком много непонятных мне терминов… Пыльца сильфов, кровь дракона — что древние могли так называть?
Мы с Леанором склонились над фотографиями ветхих страниц. Маг прикусил палец, чтобы не заржать, а я с трудом боролась с пробивающимся наружу истерическим смехом. Этот археолог подсунул нам нашу книгу! Еще в Илликуме мы, совместив мои запасы ингредиентов и знания Леанора, совершили прорыв в алхимии. Оставили, называется, след в истории. Но как объяснить это профессору? Не поймет ведь, что пыльца сильфов — не метафора!
— Простите, — я с максимально виноватой улыбкой вернула листы ученому. — Боюсь, наших знаний на такое тоже не хватит.
Чтобы убедить профессора в нашей некомпетентности, понадобилось несколько минут.
— Ну мы попались, — с улыбкой выдохнул маг, тряхнув рыжими волосами. Примечательную внешность дракона приходилось прятать под иллюзиями.
— Хорошо, что он не демонологию нам подсунул, — выдохнула я. — А если и ее когда-нибудь откопают?
— Все равно не переведут, — отмахнулся Леанор. — Или не поймут. Или не смогут воспользоваться. Человека с искрой магии сейчас днем с огнем не найдешь, а без сил от ритуалов толку не будет. Не переживай, хуже этому миру точно не станет.
В Кеблавике нас встречал Шарран, наш сын, со своей женой Ариной. Шарран родился еще до войны магов, а вот парой обзавелся всего лет шестьсот назад. Высокий, широкоплечий, с нахальной улыбкой — весь в отца. И рядом тонкокостная Рина, наивно хлопающая большими зелеными глазами. Как легко было обмануться этой нарочитой хрупкостью! Арина была настоящим драконом, и из их с Шарраном тренировочных поединков сын далеко не всегда выходил победителем.