После обеда у нас шли дополнительные занятия в особой группе, затем полтора часа я занимался с Чжэнь. В отличие от других студентов, ей требовалось гораздо больше внимания. Но и занималась она усерднее других. Уже ближе к позднему вечеру ко мне заглянул Василий. Поделился кое-какой информацией о недовольстве князей, направленном в мою сторону. Мы с ним прогулялись на заснеженный полигон, чтобы разобрать проблему, которая у него возникла с ударной техникой.
— Ты зря их недооцениваешь, — говорил Василий, пока мы шли к центру полигона, где совсем недавно работали люди Ханта. — Князья — люди злопамятные. Могут долго таить обиду, подстраивая мелкие пакости по каждому удобному поводу. И будут гадить до тех пор, пока сам не придёшь к ним договариваться о перемирии.
— А если я им пакостить начну, они не боятся? — посмотрел я на него.
— На этот вопрос ответить сложнее. Маленький, пусть и богатый род им ничем не навредит. Только если ты войной на них пойдёшь, как на Орловых, тогда они забеспокоятся и сразу побегут на тебя жаловаться остальным. Тебе нужны сильные союзники, чтобы князья боялись твоего ответа на их козни.
— Посмотрим, — многозначительно сказал я, решив подумать об этом позже.
— Из того, что я узнал, они планируют давить на новоиспечённого императора, чтобы он Матчиным статус рода не давал. Хотят убедить его в том, что тебе и в роду Наумовых будет неплохо, особенно после того, как ты дочку итальянского герцога в жёны возьмёшь. Всё потому, что уверены, будто вы с Разумовским теперь большие друзья. По их мнению, он после смерти брата получает слишком много влияния. Думают, подкупил тебя.
Я посмотрел на Василия, отчего тот пожал плечами, дескать, что слышал, то и рассказал. Мы одновременно оглянулись, посмотрев на Алёну и Сабину, идущих позади метрах в пяти и о чём-то беседующих на испанском.
— Хорошо, — сказал я, — давай к твоей проблеме. Уверен, что тебе нужен такой сильный удар? Если ты до противника доберёшься, то и взрывного будет достаточно.
— Помнишь того огненного мастера, с которым мы у Бергов столкнулись? Против него взрывной удар не работал. А этот смог бы зацепить, так как у него радиус взрыва больше.
— Как скажешь. В общем, хитрость приёма в том, чтобы концентрировать энергию для удара в руке, одновременно с укреплением доспеха духа. Классические мастера не умеют переносить доспех на определённую часть тела. Представь, что ты накапливаешь силу для удара, предварительно надевая стальные варежки с рукавами до самых плеч. А перед выбросом энергии нужно поставить ладонь так, чтобы удар и взрыв получились направленными. Жахнет ведь во все стороны с одинаковой силой, и твоим рукам тоже достанется. Доспех духа должен сыграть роль отражателя, для которого крайне важна форма. Она должна быть как у мины направленного действия, выгнутая наружу. Давай, я продемонстрирую.