Он был одет в кожаные штаны и высокие сапоги, мускулистая грудь оставалась открытой, выставляя на всеобщее обозрение рельефные мускулы, а плечи укрывал плащ из задубевшей кожи человеческих лиц, сшитых вместе. Он был таким длинным, что собирался в складки на полу у его ног. Увидев его девушка вся зажалась, прямо окаменела. Она почувствовала, как по спине у нее побежали мурашки — непроизвольная дрожь, которую она не в силах сдержать.
Он поднялся с трона и провел измазанной кровью рукой по волосам, запрокинув голову назад, будто та стала слишком тяжелой. Его ужасная мантия соскользнула с плеч, явив темной зале рельефные мышцы.
Выпрямив голову Ваарон призывающе махнул ей рукой. И когда взгляд его коснулся девушки, между ними будто встала вся мощь веков наполненная черным и алым — кровью и смертью. Вампир улыбнулся девушке, как голодные драки улыбаются жирным тюленям, явив все оттенки отчаяния.
Кровавый владыка облизнул острые как бритвы зубы и обратился к ней; его слова лились с трона костей над алым, расцвеченным повисшим в воздухе запахом крови залом:
— Подойди ко мне, сладостное дитя.
Эти два слова всесильной воли наполненной мощью веков ударили по ней, словно боевой молот, завернутый в бархат. Желание угодить этому чудовищу стало столь же естественным, как дыхание.
Девушка мелко задрожала словно осиновый лист на ветру, и очарованная его волей, безвольно поплелась к нему на встречу — мотылек на огонь в ночи. Смотря на него со всем благоговением жрицы перед ее богом. Не моля о прощении за грехи свои. Предпочитая сладкое наказание.
Ваарон подошел к ней, закружив ее в последнем, смертельном танце. И распахнув полную иголок пасть, жадно впился в ее утончённою, хрупкую шею. Кадык его подскакивал с каждым глубоким алым глотком. Как изголодавшиеся волки разрывают на части ягненка. Звуки, с которыми они это делают, были очень похожи на те, что издавал кровавый владыка, пока он жадно пил.
Выпив досуха бедную девушку, владыка отбросил от себя похожий на иссушенную мумию труп. Закрыв глаза и покачиваясь, он стоял наслаждаясь свежей кровью, заглушившей его жгучую жажду. Его подбородок и зубы были измазаны алым, по шее стекали красные струйки.
— Владыка. — Опасливо позвала его вампирша, которая привела девушку.
По-прежнему дрожа и покачиваясь с закрытыми глазами, будто пьяный, он медленно повернул голову на ее голос, как слепой червь к свету.
— Рабы докладывают, что все готово. Ждем только вашего распоряжения.
Он махнул рукой, все еще слишком опьяненный чтобы говорить. Показывая, что услышал и дает добро. Все равно уже все сотни раз обговорено.