Кто-то? Наши дорогие доченьки, кто же еще додумается будить рoдителей в… не знаю, во сколько, нo по ощущениям – очень рано!
Я приоткрыла один глаз – так и есть, солнышко только-только начало освещать спальню рассветными лучами.
– Что-то случилось? – заворочался Себастьян, на груди которого я пристроилась головой – удобнее любой подушки.
– Вряд ли что-то серьёзное,иначе в дверь долбили бы кулаками и пятками, – ответила я, сползая с кровати и с одним приоткрытым глазом нашаривая халат. — Но кричат только младшие, у них пока пяток нет.
Зевая и завязывая на ходу халат, я поплелась к двери, размышляя о том, что совсем отвыкла в последнее время от ночных подъёмов – младшенькой Велари пошёл пятый год,и она уже год как переселилась в собственную детскую, чем очень гордилась.
Точнее – не совсем младшенькой, но Хенри до вылупления ещё месяцев десять. Или Хенриетте, но муж и Ронни очень надеются на мальчика, поскольку мужчин в нашей семье сейчас явное меньшинство. Но тут уж не угадаешь, кого небушко послало,тот и вылупится, а всех наших дочек Себастьян всё равно обожал просто до безумия.
– Что случилось? – спросила я, открывая дверь.
Запора на ней не было, но дети были с ранних лет приучены не врываться в нашу спальню, если только не начался пожар или землетрясение. Проблемой это не было, все отлично знали, что стоит покричать – или поплакать, – и родители моментально окажутся рядом.
Три шустрые и очень бодрые ящерки – и это в пятом часу утра! – тут же вкатились в спальню и запрыгали вокруг меня и подошедшего Себастьяна, радостно вопя на три голоса. Так, что я не сразу поняла в этом гаме, что именно произошло. А поняв, выцепила из этой кутерьмы бежевую драконочку, чтобы лучше рассмотреть произошедшие с ней изменения.
– Видишь, мама, видишь! – уже с моего плеча, на которое взлетела молнией и сейчас скакала на нём, не боясь свалиться, кричала малышка Велли. – У Рики крылышки!
– Такие красивые, — причитала с рук Себастьяна Белли, она же Орабель, наш с мужем первенец шести с половиной лет. – Пап, я тоже хочу такие!
– А я хочу как у Ронни, чтобы летать! – тут же заявила Велли, в то время как притихшая Рики застенчиво поглядывала на меня, давая полюбоваться своими крохотными и пока неподвижно тoрчащими крылышками.
– Мам, правда красивые?
– Очень, — осторожно поглаживая пальцем неҗные крылья, подтвердила я, не покривив душой. Выглядели они как игрушечные и совсем бесполезные, но это была важная веха в жизни каждого дракона.
– Так вот что тут за крики, — раздался от двери юношеский басок Ронни. — Поздравляю, малышка.