То копье, благодаря которому я обрел определенные навыки и определился со своим стилем, служившее мне верой и правдой чуть ли не с первых дней на полигоне, осталось в глотке праматери инсектоидов. Но сейчас, удерживая в руках его фантомную копию, я понимал, насколько примитивным оно было. Палка, стартовый кристалл, балансировочный медвежий коготь и кисточка из шерсти в качестве украшательства.
Прикрыв глаза и откинувшись на спинку каменного кресла, я воображал себе новое оружие. Не для того, чтобы создать его фантомную версию, а просто представить детали. Что мне доступно, какие материалы я могу применить, как будто собирал в уме конструктор. Мысли путались, я вечно сбивался, подсознательно я сильно волновался из-за последних событий и последующих, но мне удалось взять под контроль свой разум.
Из пространственного кармана инвентаря я извлек нужные мне вещицы: паучий мешок, обрезки металла, кости, жвалы, хитин, все что у меня там было. Так нагляднее.
Пора переходить к работе. В качестве основы, древка, я буду использовать то толстенное тысячелетнее дерево, которое мы ранее подняли наверх с помощью лифта. Оно частично было пущено на мелкие дрова, но в основе своей — пятиметровый ствол остался нетронутым. Я еще тогда заприметил его толщину и прочность, когда думал, что сделаю из него щит для Бори, но вышло немного иначе, и с тех пор дерево ждало своего часа. Дождалось.
Древко будет плотным, тяжелым, с глубоким багровым отливом. То, что надо. Положив ладонь на шершавую, толстую, бугристую кору, я применил разложение. Мне нужен был небольшой кусок, у основания, чем ближе к корням — тем лучше. И, вопреки расхожему мнению, я не стал вынимать для своих целей сердцевину. Насколько я знаю, она напротив, менее прочная и подвержена гниению. Использовал слой со стороны внешних, молодых возрастных колец, так называемую заболонь, и срезал длинную необработанную заготовку.
Повинуясь моей мысленной команде, красные гексагоны орудовали по всей плоскости, удаляя микрон за микроном лишнее. Я, для пущей точности, водил рукой вдоль ствола, и кора рассыпалась, обнажая древнее дерево. В пассах руками не было необходимости, я вполне мог делать это зрительно, но так, как мне казалось, точность будет выше.
Покончив с корой, принялся вытачивать древко, длиной чуть больше двух метров. С прошлой моей попытки я прикинул, что делать копье на пятнадцать сантиметров выше моей головы оказалось не очень верным ходом, потому в этот раз разница в размерах достигнет тридцати сантиметров.
В местах будущего хвата я делал едва заметные анатомические утолщения, чтобы копье лежало в руках как влитое, не пытаясь выскользнуть при сильном ударе или блоке. Древесина под пальцами становилось гладкой, отполированной, а возрастные кольца проступили на поверхности завораживающим узором. Дальше принялся за формирование держателей.