— Ищите её! Ищите, черти, она не могла убежать далеко!
Открываю глаза и удивлённо разглядываю грязь и пучки изумрудной травы перед лицом.
Как странно…
— Девчонка, в бабских юбках! В джунглях! Не ела последние три дня, морила себя голодом — и вы её упустили⁈
В последнее время яркие, какие-то отчаянно-красочные сны стали для меня единственной отдушиной. Но этот всё равно кажется странным… и не слишком приятным.
Я понимаю, что лежу на земле. От неё пахнет сыростью и болотом, мои пальцы утопают в чёрной жиже и перегнившей листве. Но настоящего болота здесь нет — кажется, я на дне оврага.
Инстинктивно пытаюсь приподняться. И… сознанию это как всегда удаётся, хотя моему реальному телу уже месяц как недоступна такая роскошь.
Только голова привычно отзывается болью.
Кусаю губы: ну пожалуйста! Оставь ты меня ненадолго. Да, я врач, да, я понимаю, что прохожу через то, через что ежедневно проходят десятки тысяч людей во всём мире! И говорят даже, что к боли можно привыкнуть. Но на моей практике никто не привыкал по-настоящему.
Трогаю голову: там кровь… значит, сознание так придумало сегодня.
Но боль на удивление отступает.
Выдыхаю. Значит, можно и насладиться этим сном! В мою посвежевшую голову приходит, что надо припасть к стенке оврага, чтобы меня не заметили.
Тело двигается легко и свободно! И руки… руки у меня совсем девичьи. Гладкая смуглая кожа, тонкие пальчики. А волосы! Мои остались только в воспоминаниях, я сама их выбросила, чтобы не бередили душу. Но тут — густая тёмная грива.
Да перестань ты вспоминать о реальности, Лаура Павловна!
Тем более, сон вдруг становится тревожнее.
— Тут следы, seu feitor!
Замираю! Но… кусты над головой шуршат, и из них показываются два смуглых, черноволосых лица.
Двое крепких мужчин.
Я бросаюсь бежать!
Под ногами хлюпает жижа. На ногах у меня какие-то старые-престарые туфли! Вокруг ног… и правда, как сказали мои «враги» — юбки, юбки! Пышные, хоть и рваные. Зато сами ноги молодые и проворные. Я, конечно, тоже вовсе не старухой себя ощущала в пятьдесят пять — но всё же не бегала уже давно…
Увы и ах, местность ужасная. Корни, высоченная трава… И правда джунгли!
А бодрые чернобровые парни скатываются за мной в овраг.
— Стой, mulher! Или стрелять буду!
Вот это уже плохо.
Ноги и правда сами замирают. С частящим от бега сердцем поворачиваюсь. Меня нагоняют быстрее, чем я жду: крепкий мужчина прыгает и сбивает с ног!
Больно!
Больно как-то не так, как я привыкла за последние месяцы… И не так, как могу объяснить сном. Я просто сдираю локти, которые выставляю при падении. Диафрагму скручивает спазм, «вышибая дух». Пытаюсь поймать дыхание, сделать медленный и тщательный вдох…