– Ксандр… нас могут увидеть, – рвано дыша, шепчу я ему в плечо. – С улицы… через окно всё видно.
– По хрен, – отвечает мне прямо в кожу, и его хватка на моих бёдрах становится железной. – Не могу больше терпеть, Ли-ли… Ты такая вкусная. У меня крышу сносит.
Внутренности сводит сладкой судорогой от безумного желания снова увидеть его член, потрогать, сжать в ладони. Я абсолютно уверена, что у Ксандра лучший член во всем этом проклятом мире! И мне всё равно, что я не видела другие и сравнивать мне не с чем – я знаю, я просто на все сто процентов уверена, что у него он лучший.
Теряя всякий контроль, я намеренно двигаюсь ближе, подаваясь вперёд, и трусь промежностью о его каменный вставший член.
Ксандр издаёт тихий рык. Он мощно толкается в меня навстречу через слои одежды, заставляя подоконник под нами жалобно скрипнуть. Из моей груди вырывается громкий стон, который эхом разлетается по комнате:
– Ксандр!.. Как же хочется… сама не знаю, чего хочется…
И в этот самый момент по стеклу прямо за моей спиной раздаётся резкий и яростный стук.
Тук-тук-тук!
Я испуганно вскрикиваю и резко поворачиваю голову к окну. За стеклом виднеется разъярённое, перекошенное от праведного гнева лицо миссис Мирзо – бессменной уборщицы полигона. Она всегда приходит убирать раздевалки и собирать инвентарь сразу после того, как все тренировки подходят к концу. И сейчас её маленькие злые глазки буравят нас сквозь стекло с невероятным возмущением.
Краска густейшего, жгучего стыда мгновенно заливает моё лицо от шеи до корней волос.
– О нет… – шепчу я и изо всех сил отталкиваю Ксандра в грудь, мгновенно соскакивая с подоконника и судорожно оправляя помятую одежду.
Сквозь приоткрытую сверху форточку до нас отчётливо доносится её пронзительный, сварливый голос:
– Вы что там творите, безобразники?! Совсем стыд потеряли?! Это вообще-то мужская раздевалка, юная леди! Ну я вам сейчас устрою!
Я мертвой хваткой вцепляюсь в руку Ксандра и изо всех сил тяну его к выходу. Пальцы от страха мгновенно становятся ледяными.
Он недоуменно хмыкает над ухом:
– Лилит, ты испугалась старуху? Она нам ничего не сделает.
– Ректору нажалуется! Бежим! – выпаливаю я, даже не думая оборачиваться.
А ректор ведь сразу матери расскажет! И тогда мне точно конец.
Мы выскакиваем на улицу в тот самый момент, когда эта мегера с совершенно неверотяной для ее возраста скоростью вырастает прямо у дверей. В руке у нее грозно покачивается мокрое и уже грязное орудие – швабра.
– Ну я вам сейчас устрою!.. – цедит она, сужая глаза.
Я срываюсь с места, крепко сжимая руку Ксандра. Мы чудом проскакиваем мимо разгневанной уборщицы. Не знаю, в курсе ли она, кто я такая. Я ведь новенькая. Но Ксандра она точно знает.