– Не могу… не могу… Ксандр… – я мечусь по матрасу, мои руки в слепом порыве впиваются в его густые волосы, я тяну их, сжимаю. Не понимаю, хочу оттолкнуть или наоборот прижать к себе ближе. Продлить безумное наслаждение на грани потери реальности.
Я приподнимаюсь и сажусь на бёдра Ксандра, чуть ниже того места, где его член. Моя промежность касается мужской ноги.
Мои пальцы, всё еще немного дрожащие, начинают свой путь с бёдер Ксандра. Мышцы там твёрдые, и под моими пальцами они мгновенно напрягаются.
– Ты такой сильный… – выдыхаю я, ведя ладонями выше, поглаживая Ксандра. – Мне нравится… я просто балдею от твоего тела.
– Всё для тебя, малыш, – его голос звучит так притягательно-низко, что я чувствую, как в ответ у меня в груди будто бабочки крыльями щекочут.
Снова смотрю на его член. В голове бьётся один-единственный вопрос: почему меня так дико привлекает эта штуковина? Она выглядит опасно и одновременно притягательно, как нечто до безумия запретное. Я подаюсь грудью вперёд, и мои соски, всё ещё сверхчувствительные, слегка задевают Ксандра.
Он издает тяжёлый, рваный выдох. Я касаюсь его живота, который под моими ладонями напрягается, кубики пресса становятся чёткими, очень заметными и каменными.
Офигеть, у него тело… мечта.
Я понимаю, как сильно Ксандр хочет меня, и это знание пьянит, уносит. Он – совершенство. Грубая, первобытная красота, которая сейчас моя и только моя.
Но то, что меня интересует куда сильнее, гораздо ниже…
Я несмело веду кончиками пальцев по дорожке волос, спускающейся вниз, и наконец останавливаюсь у самого основания, слегка сжимая его член.
– Он огромный… – шепчу я восторженным трепетом.
– Для тебя идеально подойдёт.
Поднимаю голову, не сумев сдержать улыбки, и вижу, как на шее Ксандра бьётся жилка. Он меня душит взглядом. Не отпускает ни на секунду.
Я провожу пальцами вверх по стволу. Кожа тонкая и горячая, под ней перекатываются вены.
– Ксандр, мне нравится твой член, – признаюсь честно.
Он лишь рвано выдыхает, и начинает дышать ещё чаще, грудная клетка Ксандра ходит ходуном.
Я оттягиваю кожу и касаюсь самой головки. Она розовая на грани красноты, очень напряжённая. На пальцах остается прозрачная, вязкая влага.
У мужчин тоже что-то бывает вроде смазки… но у меня было гораздо больше.
Я медленно размазываю эту смазку по нежной коже члена, и Ксандр издаёт приглушённый стон, от которого по моему позвоночнику пробегает сладкий разряд. Его бёдра непроизвольно подрагивают, пытаясь податься навстречу моей руке.
– Лилит… погладь его, принцесса. Давай, – приказывает он грубо.