Добро пожаловать в шкуру злодейки
1
Все авторские права на книгу защищены Законом Российской Федерации от 09.07.2023г N 5351-1(ред. от 20.07.2004) «Об авторском праве и смежных правах». Любое использование авторского контента, включая отдельные фрагменты на иных ресурсах без согласия автора, запрещено.
Кто-то немилосердно тряс меня, и я с трудом пришла в себя. Голова раскалывалась, в висках пульсировала боль. Где я? Что происходило? Последнее, что помнила – белые стены больничной палаты… С огромным усилием приоткрыла глаза, и мир вокруг начал вращаться. Меня тошнило, к горлу подкатывал ком. Пыталась сфокусировать взгляд, но всё расплывалось. – Ты что, выпила обезболивающее, дрянь?! – гремел над ухом чей-то злой голос. Мужской голос. Обезболивающее? О чём он говорил? В голове был туман, мысли путались. Я так долго лежала в больнице, принимала столько лекарств… Неужели что-то пошло не так? Пыталась что-то сказать, но во рту пересохло, будто я неделю не пила. Получалось только сипло кашлянуть. Голова кружилась всё сильнее, к горлу подступала тошнота. Так, ты должна собраться, Инна! Нужно было понять, где я и что происходит. Почему меня тряс какой-то незнакомый мужик? Почему я не в больнице? Страх медленно пробирался по телу, сковывая движения. – Ты всё равно ответишь за то, что сделала! – зарычал он и схватил меня за волосы. Резкая боль пронзила голову. Я вскрикнула, пытаясь вырваться, но он был слишком силен. Страх парализовал меня, когда он тащил меня куда-то. Я не могла понять, где находилась. Вместо знакомых больничных стен видела какие-то серые каменные блоки, тусклый свет фонарей, странные гобелены. Это был какой-то бред, галлюцинация? – Отпустите! – закричала я из последних сил. – Что вы делаете?! Вдруг услышала еще один голос, испуганный и дрожащий: – Ваше высочество! Вы не можете так поступить с её высочеством! Её отец… он… Он!.. Я ничего не понимала. Какое высочество? О чем они говорили? – Плевать я хотел на эту тварь и её папашу, Реном! – рявкнул мужчина в ответ. Отчаяние придало мне сил. Я извернулась и ударила его по ноге, но он даже не заметил этого. Меня охватил ужас – кто этот человек? Он тащил меня, казалось, бесконечно долго. Я плакала, умоляла отпустить меня, но он не слушал. Когда мы оказались на улице, холодный воздух обжег лицо. Мужчина швырнул меня в какую-то темную коробку. Я билась о ее стенки, пыталась выбраться, но все было бесполезно. Пока коробка тряслась, меня мутило. Когда она наконец остановилась, мужчина открыл дверь, снова схватил меня и выбросил наружу. Я упала на твердую брусчатку, ободрав ладони и колени. – Сейчас ты не почувствуешь боли, – зло сказал он, – но когда действие обезболивающего закончится, сама себя возненавидишь, тварь. Я пыталась подняться с холодных камней, но мужчина снова схватил меня. На этот раз его рука зацепилась за мою одежду. Раздался треск рвущейся ткани, и я почувствовала, как холодный воздух коснулся моей спины. Инстинктивно прижала остатки ткани к груди и замерла. Это был не больничный халат. Я опустила глаза и увидела какую-то черную кружевную тряпку. Что это? Откуда? Когда я успела переодеться? Но это было не самое странное. Краем глаза заметила что-то белое, спускающееся по плечам. Волосы? Длинные, белоснежные волосы? Первая мысль — это какой-то дурацкий парик. Но когда я дотронулась до головы, то почувствовала, как болела кожа у корней. И тут же вспомнила, как этот псих тащил меня. Нет, нет, нет. Это была какая-то ошибка. У меня не могло быть длинных волос. Они все выпали во время химиотерапии. Я помнила, как плакала, глядя на свое лысое отражение в зеркале. Это не мои волосы. Это не могло быть правдой.