Зверь резко поднял голову и бросился наутек.
— Еще, еще! — торопил его Шаман.
Матвей, следя за животным, схватил вслепую из рук товарища стрелу, натянул ее, выстрелил. Мимо. На этот раз наконечник вонзился в ствол молодой сосны.
Рука потянулась за третьей стрелой, но было уже поздно — олень скрылся в лесной гуще, оставив после себя лишь комки грязи и следы.
— Тварь! — обозленный Матвей ударил кулаком по земле, едва сдержавшись, чтобы не бросить этот треклятый лук в ручей. — Говорил же, огнестрелом надо было.
— Ты поторопился, — с досадой произнес Шаман, — выждал бы еще немного, тогда и попал бы.
— Да куда еще чутка? Держал до последнего, пальцы уже онемели.
— Ладно, не расстраивайся, — отмахнулся Шаман, — догоним его позже, а сейчас надо бы небольшой привал сделать, согреться, и с новыми силами таки достать эту сволочь.
— На этот раз при помощи огнестрела, — добавил Матвей. — Лучше патрон-два потратить, чем приходить к остальным с пустыми руками. А то того и гляди, не мерзляки, так голод прикончит.
— Да, пожалуй, ты прав, — согласился Шаман. — Давай лагерь разобьем прямо здесь, согреемся и заодно фляги наполним. Я пока пойду погляжу на следы, может он и убежал-то недалеко, успеем нагнать, а ты займись костром.
Шаман отправился по следу, по пути собрав две напрасно выпущенные стрелы. Матвей же срезал ветку сосны, и ножом стал ее стругать, подготавливая трут и порой поглядывая в сторону, куда ушел старший собиратель. Может, и впрямь зверье это далеко не умчалось, и Шаман его покончит? Да нет, сказки. Все везение они растеряли с той самой минуты, как покинули Приморск. Дальше с каждым километром все становилось лишь хуже.
Закончив с растопкой, он собрал несколько небольших камней, разложил их кругом и в середину осторожно рассыпал трут. После он вытащил ваттбраслет и приготовился вызвать замыкание, но вдруг со стороны, куда отправился Шаман послышался душераздирающий крик.
У Матвея сердце в пятки ушло. Это определено кричал старший собиратель, но до сей поры он даже и не мог представить, что человеческий крик может звучать так жутко.
Он схватил винтовку и рванул к Шаману. Крик не замолкал, теперь превратившись в рьяный призыв о помощи. Потом послышался неприятный всхлип, не предвещающий ничего хорошего.
Через минуту Матвей оказался на небольшой лужайке, где перед глазами ему предстала жуткая картина. Потрошитель, мерзкая тварь, которую они имели счастье не лицезреть последние полторы недели, рвала на куски беспомощного канадца, пытающегося отползти в сторону к блочному луку, лежащему рядом.