За стеклянной стеной, в тишине приёмной, застыла знакомая фигура. Это был Джерард. Он стоял, слегка склонив голову, и наблюдал за безумным карнавалом в основном зале — тем самым, где только что «казнили» юань. Его отражение в стекле казалось бледным и размытым на фоне ярких пятен света и движения.
— У вас в офисе… всегда такая праздничная атмосфера? — спросил он, не отрывая взгляда от гильотины, на лезвии которой ещё поблёскивал отблеск софитов.
На его слова лишь легко пожал плечами, ощущая, как идеально сшитая ткань пиджака скользит по спине.
— Ну, сегодня — особый случай. Такой стоит отметить.
Если говорить начистоту, то команда, наверное, изрядно перетрусила за время этой войны. Нервы были натянуты, как струны, а воздух в операционном зале пахтал потом, адреналином и горьким кофе. Слава всем богам, мы победили. А если бы проиграли? Дело было бы не только в потере денег — эти люди могли бы навсегда угодить в чёрные списки Китая, и их карьеры рассыпались бы в прах, словно высохшая глина.
— Иногда людям просто необходимо дать немного… отдушины. Чтобы могли выдохнуть и двигаться дальше, — произнёс тише.
Джерард повернулся ко мне. На его лице читалась тяжёлая, неразрешённая дума. Он помедлил, будто перекатывая на языке неудобные слова, и наконец выдохнул:
— Неужели всё действительно должно было зайти так далеко?
И тут же, словно спохватившись, поспешно добавил, понизив голос до почти шёпота:
— Не пойми превратно, не жалуюсь. Просто… всё это вышло далеко за любые рамки. Совсем.
Хорошо понимал его. Ведь вся эта эпопея начиналась как скромный проект по возведению Джерарда в кресло генерального директора. С его точки зрения, он попросил меня помочь ему завладеть троном одного маленького, пусть и богатого, королевства. А я в ответ привёл на поле боя мировые державы и развязал международную финансовую войну, от гула которой, казалось, задрожали стены. Весь мир перевернулся из-за него — конечно, он был в шоке. Честно говоря, на протяжении всего конфликта он названивал мне по нескольку раз на дню, и в трубке слышалось лишь его прерывистое, нервное дыхание и вопрос: «Новости есть?». Он был так настойчив, что мне в конце концов пришлось его номер заблокировать — иначе работать было невозможно.
Джерард тяжело вздохнул, и этот вздох был слышен даже сквозь приглушённый гул празднующего офиса.
— Если бы знал, что всё так обернётся… Я бы не стал просить. Просто думал, можно решить всё… потише.
— Более тихий путь, конечно же, существовал, — заметил на это спокойно.
— Что? Тогда почему же ты…?