Я медленно, но уверенно стал приближаться к точке «Х», в которой точно смогу схватить Алинилинель за ее ногу. Неожиданно клацнул Флобер, и грохнув в последний раз замер девяти миллиметровый… перезарядиться⁈ Нет, не успею, тогда — потянуться…
И я, максимально вытянув свою левую руку, с трепетом стал ждать. Вот уже близко… мешает револьвер? Бросить! Потом найду… Еще потянуться… СХВАТИЛ!!!
Крепко обхватив ее за лодыжку, смяв в руке рваную ткань джинс, я почувствовал, как меняется сила инерции, в связи с изменением в структуре систем, соединившихся в одно целое, пытаясь одновременно дичайшим усилием, разорвать наш союз.
Не давая коварной судьбе лазейки, я дернул Алинилинель на себя, и вверх, подымая до уровня своей груди, и перехватив чуть пониже, за тугую попку, поднял еще и прижал к себе. Все… Я ее сохранил… Теперь только миновать это дерево, или не миновать⁈
Я с опаской посмотрел вниз и понял, что мы набрали в противоположных направлениях, почти одинаковую скорость, но все-таки у Алины она была слегка повыше, и теперь нас, вращая, сносит вверх и вперед, благополучно минуя разлегшийся под нами на земле ствол, подгоняя беснующимся ветром из все еще открытого окна.
Мы завертелись в воздухе, теперь уже совместно совершая немыслимые кульбиты, рискуя, приземляясь снова обнаружить нечто твердое, пригодное для страстной встречи с головой.
Осознав, что нужно что-то менять, и все так просто не закончится, я начал…
Танец?!! Да. По-другому не назовешь. Возможно «Брейк» но… иногда отдаленно напоминало и «Танго»… То, что выделывал я, на несколько шагов опережало то, что могли себе вообразить наилучшие акробаты, профессионально выделывающие отчаянные прыжки и кульбиты под куполом цирка.
Я стал двигать телом Алинилинель, используя ее тело как шест или маятник, гася наше вращение, казалось, распутывая сложнейшую инерционную головоломку, тем самым стабилизируя положение своего тела строго головой вверх, а не наоборот…
В конце концов, мне это удалось, положение тела стабилизировалось и, взяв Алину нежно на руки, как невесту, заносимую в дом, я аккуратно приземлился на землю.
Наконец-то… Сейчас я ее расцелую. Я имею ввиду землю…
Но все-таки поцеловал Алинилинель.
— Вы блестяще справились Хозяин, я вас поздравляю! — отозвалась довольная Мантикора, — я отпускаю время⁈
— Да, Мурка, спасибо, отпускай… — тепло ответил ей я.
Время бросилось вперед, восстанавливаясь в правах и заново набрасывая на меня оковы своей власти. Резко изменилось восприятие, окно между мирами продолжало разносить по округе теперь уже не рокот, а натужный свист ветра, и своим потоком активно щекотать нам лица.