Всё помещение, где мы находились, пронзила дрожь, или это отсек, как сказала первая? Что-то всё слишком быстро меняется, а я ещё даже не понял, где нахожусь и кто все эти люди. Моя мысль опять была прервана — невесомость прекращалась, постепенно заменяясь на тяжесть, придавливающую меня к продвинутому техно-ложу. Или это ложемент — кольнула внезапная мысль. Если невесомость сменяется притяжением, то выходит что? Или я в бреду или я в космосе.
— Тиτ… — сквозь туман напряжённых размышлений ко мне опять пробились голоса первой и второй.
Наконец тяжесть перестала расти, и я почувствовал себя вполне комфортно. Не знаю сколько сейчас тут «же», но по ощущениям столько же, сколько и на Земле. Настойчивая светомузыка прекратилась, и я услышал щелчки отстёгиваемых ремней.
— Нαδо оδετься.
— Ты πришёл в сεβя?
— Не знаю, — я встал и неловко покачнулся, — Где моя одежда?
— Δα воτ жε, — вторая показала мне некий ящик.
«Логично», — подумал я, если тут такие шутки с гравитацией, то всё должно быть закреплено. Как его открыть-то?
— Помоги, что-то я расклеился.
— Кαк? — удивлённо спросила вторая, а я, тем временем, с интересом обратил внимание на её идеальную грудь.
— Помоги открыть, — махнул я рукой.
Она поднялась и потянулась к ящику сверкая идеальной гм… тем, что ниже спины. Щёлкнули замки, и я потянулся к вороху одежды, которую мне протягивала вторая.
— Оδετь τεβя, Тиτ? — я услышал, рядом с ухом, нежный голос первой.
— Эээ, пожалуй, да, — в это время стена напротив превратилась в зеркало, и я, увидев своё отражение завис.
В зеркале, или на экране, точно природа этой штуки была мне не ясна, отражался не я. Там был другой человек — вот совершенно, абсолютно другой!
Я ошарашено посмотрел на свои руки, опустил взгляд вниз на грудь, живот и то, что ниже… Точно, это я. Точнее это я, но тело не моё. Как это может быть? Хотя, по сути, в моём положении, этот вопрос такого же порядка как вопрос: «Как я тут вообще оказался?» И на оба нет ответа…
Поэтому они меня Титом и зовут, но я уже не Тит, вернее это тело уже не Тит. Тит теперь непонятно где, а я теперь тут:
«Тут, а не Тит. Хотя и я тут, и Тит теперь это я».
А там, в лесу — я умер? Или меня скопировало? Или там теперь Тит, а здесь я — Александр? Слишком много вопросов без ответов.
Слишком много странных вопросов.
Пока мои мысли путались, первая успела набросить на меня что-то из одежды, а потом случилось очередное чудо — наброшенная одежда сама обвила моё тело и начала застёгиваться. Мой ступор оказался кстати — я замер, размышляя над своим положением, а в это время ткань оборачивалась вокруг ног, рук, туловища и других мест, струилась словно вода. И вот, в результате, я уже одет во что-то подобное комбинезону. И нигде не жмёт. А вот если бы я не был в размышлениях, то неизвестно ещё как бы среагировал.