— Мне надо один заказ выполнить частный, а в одиночку не получится, — прищурилась девушка. На слове «частный» она заговорщически понизила голос. — Нет, ты не думай. Все честно, в рамках законов Ордена. И я даже готова поделиться гонораром и трофеями.
— Какая-то хрень, — поморщился я. Таинственность плохо пахла. — Вон, иди в Орден, там полно желающих подработать.
— Я бы с радостью, но… — она задумалась, подбирая слова, а потом мило улыбнулась. — Не могу в общем.
— Что за заказ?
— О, заинтересовался?
— Пока нет, но продолжай.
— Здесь, прямо рядом, — просияла она и махнула рукой в сторону купеческого района, который располагался на окраине города за дополнительным забором. — Надо проверить один дом. Подожди, не кража. Все по чесноку. Слушай, короче.
И она начала рассказывать, а я переводить на понятный мне язык.
Один местный купец, некто Филимонов, человек известный, прижимистый и довольно агрессивный, некоторое время назад заболел. Просыпаться стал тяжело, по утрам встать не мог — только глаза открыл, а уже сил нет. Злым стал, раздражительным, на боли все время жаловался.
К врачам ходил, в церковь ходил, а результата не было. Каждый что-то ему прописал, конечно, от витаминок до медитаций, но с каждым днем купцу все хуже и хуже становилось. В итоге помер. Точнее, дети решили, что отец помер, пришли наследство делить, а он живой, только странный.
В чем странность не уточнялось, девчонка рассказывала со слов наследников, которые ее и наняли. В Орден они не пошли, потому что ни доказательств, ни жертв, ни разрыва не было, а как тут говорят: нет деймоса — нет дела, к тому же не хотели огласки, чтобы репутацию семейства не портить.
У охотницы была своя версия, которую и нужно было проверить.
— Так вот. Я думаю, что это пожирательница снов или, как ее зовут заморские, бу-хаг, — и она посмотрела на меня, ожидая какой-то реакции.
— И что?
— В смысле что? Ты точно охотник?
— Ну, я… да, я знаю кто это. Просто я же рекрут еще, — замялся я, боясь ляпнуть что-нибудь совсем глупое. — Вдруг секрет какой не знаю или уязвимое место.
— Одно у нее уязвимое место. Она паразит. Дух-вампир, который ворует дыхание человека и забирает жизненные силы, пока тот спит. И если жертва проснется в этот момент, то бу-хаг сдирает с нее кожу. И может потом в этой коже физическую оболочку принимать, чтобы новых жертв искать.
— Да, это я знаю, — кивнул я.
— А если знаешь, то зачем дурака валяешь? Кожу эту надо найти, когда она вновь на охоту выйдет. Если до рассвета она в нее не вернется, то сама и сдохнет. Ну что, интересно?