Тело девочки очистилось от обугленной плоти так же стремительно, как развалился в пыль монстр. Из сидячего положения девочка рухнула набок и перекатилась на спину. Рузель подметил её ужасное состояние. Она была абсолютно обнажённой, и даже поглядывая украдкой мальчик заметил, что на коже не было живого места; всё тело покрывало бесчисленно количество рубцов и побледневших шрамов, а на измученном лице найти живое место было невозможно. Такие увечья мог получить только опытный воин, побывавший в сотне сражений и убивший не одну дюжину врагов.
Рузелю повезло лицезреть таких солдат у себя в деревне. Он видел свежие раны, оставленные острыми клинками, и видел зажившие шрамы, полученные в бою, когда самого Рузеля еще не было на свете.
Зажившие увечья на коже девочки были ей не погодам.
— Инга! — воскликнул мальчик, подбегая к девочке. — Ты жива?
В ответ девочка лишь громко замычала. Её ладони с животной яростью принялись копать землю, ворошить пепел, пытаться за что-то уцепиться, но всё, за что пальцы могли ухватить — горячий песок.
Девочку охватил озноб, ужасный кашель скрутил пополам. Перепачканные пеплом ладони всё же упёрлись в землю, и девочка привстала. В ту же секунду её вырвало. Изо рта полилась багровая густая жидкость, растянувшаяся тонкими росчерками до земли. Девочка не успела отереть рот ладонью, как обнажённое тело вновь скрутило, и её вырвало повторно.
Рузель опустил глаза на быстро расползающуюся по земле лужу рвоты, в которой смог разглядеть что-то необычное. Нечто живое и извивающееся. Похожее на червяка, но очень тонкий и очень длинны, почти как конский волос, только с один отличием — по центру виднелся серый комочек, словно червячок съел семечку подсолнуха, но переварить не смог.
Охваченный любопытством, мальчик наклонился, чтобы разглядеть получше странное создание. Раньше ему доводилось видеть копошащихся червей в коровьем навозе, однако сейчас зрелище было куда красочным и необычным. Прямо на глазах Рузеля серый комочек лопнул, червячок свернулся калачиком, и то, что Рузель принял за семечко, оказалось мерзкой мухой. Маслянистое тело выбралось из вымазанного багровой рвотой червячка, омыло тонкими лапками серебристые крылья и тут же взмыло в воздух. Рузель хотел поймать противное насекомое ладонь, но промахнулся. Муха подлетела к недостроенной квартире на девятом этаже и скрылась где-то внутри, в одной из комнат, куда Рузель уже точно не решиться зайти.
Мальчик моргнул.
Мухи больше не было видно.
— Где… где я… — прохрипела девочка.
Мальчик посмотрел на неё. Усевшись на колени, девочка удивлёнными глазами взирала на него. И чем дольше он молчал, тем больше лицо девочки кривилось от страха.