Они действительно были наполнены похлебкой до краев. После такого ужина сон сморил подростков мгновенно, прямо на том месте, где они ужинали. Игнат уснул, привалившись к колесу повозки, Только Семен, которому выпал жребий первому крутить генератор, ронял голову на грудь, едва ворочая рукояткой.
Утром команда гончих снова захотела разжечь костер. Иван по привычке распорядился, отправив за дровами Семена и Олега. Игнат сонно крутил генератор.
— Ванька, отправь эту сонную моль за водой к ручью. — Попросил Борис и поставил перед собой пустой пятилитровый бидон с крышкой. — А сам покрути немного, согрейся.
— Хорошо. — Иван подошел к одноухому Борису, чтобы забрать бидон и передать его Игнату.
Взгляды его и главного гончего пересеклись. Внезапно, глаза Бориса округлились от страха, будто он увидел вместо своего помощника его привидение. Он завопил и бросила к повозке под «зонтик».
— Крути бл… сильнее, Ванька обернулся!
Глава 9 «Чирок»
Лидер обманул Максима, не дав тому и половины суток на помощь своим протеже. И даже ограничил его способности сильнее прежнего. Безмолвно подчиняющаяся команда исполняла любую прихоть своего командира, совместно ослабляя опального коллегу. А Лидер, почувствовав силу, возомнил себя Зевсом, взирающим с недоступного Олимпа на своих неразумных смертных чад. Люди, попавшие через сферу в сонм приближенных, по его разумению, превратились в божеств второго круга. Все они были лояльны главному божеству, кроме одного. Но без опального бога, такого как Максим, не рождался ни один миф.
Отец не успел предупредить Нику, о том, что помог Замесу и Уле. Особого значения это не имело для отряда, ибо они так далеко ушли вперед, что догнать их вряд ли бы удалось. Контакт с Замесом больше не получался. Максим хотел, чтобы они вернулись за барьер, но так, чтобы об этом узнали необращенные и сбились со следа основной группы. К счастью Замес с подругой думали точно так же и решили вернуться той же дорогой, которой пришли, решив, что пробиться к матвеевскому прогалу не получится. Их появление в этом районе всполошило необращенных не на шутку. Теперь их отрядами кишела вся округа.
Рваные перебежки вкупе с долгими засадами изматывали физически и психологически. На счету отряда числились около десятка загубленных собак, к своему несчастью взявших след и трое неосмотрительно приблизившихся человек. Шепот, которому достался тяжелый арбалет, ругался на него, не переставая, перевешивая с одного уставшего плеча, на другое. Но выбросить оружие, показавшее себя с лучшей стороны, отряд не мог себе позволить. Точность и дальность его оказались на достойном уровне, не уступая в ближнем бою огнестрельному оружию. А психологический эффект бесшумной смерти просто повергал противника в панику, заставляя делать глупости. Однако новые отряды, высланные на перехват обращенных, смело пускались вдогонку или наперерез, желая отхватить свой кусок славы.