— Слушай, Дориан, как бы они от радости на развалили эту арену, — сказал я, продолжая радостно улыбаться.
— О чем ты думаешь, Макс? — возмутился он. — Лучше наслаждайся своим триумфом. Видишь, как радуются!
Я и наслаждался. До тех пор, пока у меня рука не устала салютовать и шея не начала болеть от непрекращающихся благодарных поклонов. Меня спас Тибериус, который спустился ко мне, взял меня за руку и повел обратно к лестнице.
От рева толпы каменные ступеньки угрожающе дрожали под ногами, а я тем временем начал раздумывать насчет дальнейших планов демона. Меня не заботила причитающаяся мне награда и что это будет.
Больше всего меня интересовал всего лишь один вопрос — как этот парень намерен возвращать меня назад, если у него здесь ни черта не работает из моих заклинаний? Оставаться здесь навсегда как-то не входило в мои планы.
На этот раз трубачи не стали заходить в зал, а выстроились в две шеренги перед дверями, создав таким образом своеобразный коридор. Меня это вполне устраивало, по правде говоря, этот день выдался таким шумным, что у меня уже начала раскалываться голова от него.
Как только за нами закрылась дверь, я решил сразу же перейти к делу.
— Если я правильно понял, то ритуальный поединок можно считать оконченным? Гнусного Смрада больше нет, а значит я победил, верно? — спросил я, в то время как Тибериус вновь расположился на диване и взял несколько фруктов из вазы. По-моему, это было нечто похожее на местные аналоги мандаринов. Выглядели они точно так же.
— Угу, — кивнул демон и откусил половину мандарина вместе с кожурой. — Гнусного Смрада больше нет, все правильно, Максимус. В этом-то как раз и проблема.
Ну начинается… Что же в этот раз все неуклюже как-то у меня?
— Выходит, что теперь у нас ты — самый сильный боец, — продолжил тем временем Тибериус. — Получается так, что если я тебя отпущу, то мне придется искать замену, а это хлопотное дело. Тем более, что ты так эффектно расправился с нашим прошлым чемпионом. Боюсь подданные не простят мне этого и, чего доброго, взбунтуются…
Демон доел мандарин, вытер ладонью потекший по подбородку сок и принялся за второй.
— Знаешь, Максимус, я терпеть не могу бунты. Они так утомляют… Почти всех придется испепелить в назидание остальным, потом ждать пока новые родятся. Одним словом — морока.
Я сел на соседний диван и молча слушал. Мне было очень интересно, чем он закончит свою речь. Не может же он оставить меня здесь силой? По крайней мере, я на это очень надеюсь…
Тибериус выждал немного и спросил:
— Я тут подумал, пока смотрел ваш поединок с Гнусным Смрадом… Может быть, ты останешься? — спросил он с надеждой в голосе. — А что, по-моему, отличная мысль. Собственный дворец, псарня, тысяча рабов, как тебе?