Я знаю, что одно время он пытался навредить бизнесу Инги, — уж больно ему не давало покоя то, что у него не получилось воплотить в жизнь свой план, но мы вовремя среагировали и защитили себя.
Как обычно, встречаем Сашу возле Арены.
Увидев брата, Женька подскакивает и вешается на него.
Дочери восемь, но она кажется мне такой взрослой. Эти три года прошли как один день. А глядя на Сашу, я вообще чувствую себя стариком, потому что сын выше меня. С каждым днем он все больше и больше похож на меня, и от этого щемит сердце.
Ведь я мог никогда не узнать его… Черт…
— Сашка, вот смотри, — Женька тычет телефон ему в нос. — Я засняла, как ты запульнул шайбу в ворота! Это было феерично! Этот Алексеев на воротах растянулся, как старая бабка!
Сын смотрит на запись и улыбается, довольный собой.
— Женька! — ахает Инга. — Ну какая старая бабка?!
— Ма, ну сама посмотри. Этому Алексееву будто не семнадцать, а семьдесят, — наигранно прислоняет телефон к уху. — Послушай! Мне кажется, он даже кряхтит как старуха!
— Да ладно, Жек, — снисходительно машет рукой Саня, — чего уж тут.
Переглядываемся с Ингой, не в силах сдержать улыбки.
— Но размазал ты его классно! — шепчет Женька на ухо.
— А то я не знаю, — гордится довольный собой Сашка.
Подхожу и притягиваю сына к себе за плечо.
— Ты сегодня был на высоте, Саш. Никаких нервов. Все четко, выверено, хорошо взаимодействуешь с командой, никаких лишних движений.
— Нам с ребятами потребовалось время, чтобы притереться друг к другу, — серьезно отвечает Саша и кивает.
— Что тренер сказал? — спрашиваю с улыбкой.
— Сказал, чтобы не зазнавались, когда станем известными, — дарит нам широкую улыбку.
— Значит, все-таки это правда, что на игре были спонсоры? — на днях я говорил с тренером, и он предупредил, что могут приехать, да.
Попросил не говорить сыну, чтобы не сбить настрой и не добавить ненужных нервяков.
— Их сложно не заметить, па, — усмехается он. — Особенно когда они сидят в фирменных кепках своих команд в первом ряду.
Саша никогда не называет меня «папа» или «отец». Всегда только «па». Будто бы ему сложно до конца сказать о своих чувствах. Но я не настаиваю, я рад и тому, что есть.
Я смотрю за спину сыну и замечаю девушку, которая стоит, переминаясь с ноги на ногу, и смотрит на Сашку. Она явно нервничает, сжимает пальцы на руках.
— Саш, мне кажется, это к тебе, — говорю ему.
Сын оборачивается и хмурится. Начинает злиться, желваки ходят на его скулах. Как мне все это знакомо. Я буквально вижу себя семнадцать лет назад. И злость эта осязаема, и растерянность девушки тоже можно увидеть.