— Однажды он поймет, — тихо говорит Инга.
— Я знаю, — киваю.
— Ты уверен, что это хорошая идея — отпустить их одних? — с сомнением спрашивает Инга.
Качаю головой.
— Я не уверен ни в чем. Разрешу им плыть вдвоем — плохо, потому что небезопасно. Откажусь в принципе — плохо, потому что буду тираном, запрещающим все ништяки. Настою на том, чтобы плыть всем вместе, — тоже урод, навязывающий свое ненавистное общество. Скажи, как поступить правильно, Инга? Тогда, тринадцать лет назад, я не спрашивал у тебя ничего. Скажи, как мне поступить сейчас, чтобы вы с Сашкой перестали меня ненавидеть?
Инга кусает губу и смотрит своими большущими медовыми глазами:
— Мы с Алексом не… не ненавидим тебя, — вздыхает. — Просто нам нужно время. Ему — особенно.
— А что насчет тебя? — заглядываю ей в лицо.
Инга смотрит на меня пронизывающе. Облизывает губы и опускает взгляд на мои, опять тихо вздыхает.
— Никита, я так запуталась во всем… — поворачивает голову и смотрит на пруд. — Черт!
Выкрикивает так громко, что я дергаюсь.
Подрываемся с ней разом и несемся к берегу, потому что Саша с Женей выплыли почти на середину пруда. Твою мать, и когда они только успели?!
— Сашка, а ну быстро возвращайтесь! — кричит Инга и машет ему рукой.
— Да мы щас, мам! — я даже отсюда вижу, как Саша закатывает глаза.
В этот момент Женька встает на ноги и начинает активно махать мне руками, едва ли не подпрыгивает.
От этого движения небольшая лодка начинает шататься и в конце концов просто переворачивается.
— О господи! — кричит Инга, а, я уже не думая ни о чем, прыгаю с разбегу в пруд.
Вода холодная, но дети в паре метров от берега, так что я быстро добираюсь до них. На Женьке надет жилет, и она, перепуганная, виснет на Сашке, который вцепился в нее мертвой хваткой.
Подхватываю дочь под мышки. Зубы у нее стучат, но она не плачет. Саня просто ошарашенно смотрит на меня.
— Хватайся за меня.
Кладу его руку себе на плечо и начинаю грести. Делать это с двумя детьми на руках очень тяжело, но чего только не сделаешь на адреналине.
Уже возле берега Саша отлепляется от меня и доплывает сам.
Когда мы выходим на берег, Женька на эмоциях рассказывает о своем приключении Инге, которая кутает ее в плед, а после переключается на Саню, который тупо смотрит перед собой.
Инга накидывает ему на плечи покрывало.
— Никита, я не хотел, — смотрит на меня со слезами на глазах. — Женька просто так просила, а я… я думал, сейчас сплаваем быстро и все. Прости, я правда не хотел, чтобы это случилось.
В его глазах стоят слезы, и я сажусь рядом со своим сыном и притягиваю его к себе, прижимаю так сильно, как только могу. Краем глаза вижу, как Инга греет Женю.