— Здравствуйте, — я на секунду задержала дыхание, — Арсений Павлович, — вздернула голову и высокомерно продолжила, — не могу сказать того же о нашей встрече.
Проговорив это, я медленно развернулась лицом к ресепшену и прикрыла глаза, ухватившись руками за стойку. Чтобы сказать ему пару слов мне потребовалась вся моя выдержка и самообладание.
Ведь во мне боролись две моих сущности. Одна хотела кинуться и отхлестать его по щекам, за то, как он со мной поступил, а другая…
Другая хотела броситься ему на шею, прижаться к его сильной груди и вновь почувствовать на себе его руки и его губы.
— Уважаемые гостьи, — вернул меня в реальность голос администратора.
Она, наконец завершила оформление наших документов, и вернув паспорта, выдала нам три ключа-карты от наших номеров.
Когда мы отошли от стойки, Градского в лобби уже не было. Я пару раз махнула головой, будто прогоняя морок и убеждая себя, что эта встреча была лишь миражом после бессонной ночи.
Мы с девочками посмотрели на номера, которые нам достались и я снова расстроилась. Похоже, эта поездка не задалась с самого начала.
Комнаты Светы и Веры находились рядом друг с другом, а моя — в другом крыле отеля.
— Простите, а можно мне номер рядом с подругами? — вернулась я к стойке, когда мы выяснили, что будем жить далеко друг от друга.
— Я сожалею, — искренне сожалея ответила администратор, — но сейчас высокий сезон, все номера забронированы.
— Ладно, — резко выдохнула и вернулась к подругам. Настроение было безвозвратно испорчено.
— Так, Натулек, — похлопала меня по спине всегда жизнерадостная Верка, — разбегаемся по норкам и через пятнадцать минут встречаемся у тебя в номере.
— Зачем? — я сначала вообще не поняла, о чем говорит подруга, настолько была погружена в свои мысли.
— Обсудим, так сказать, сложившуюся обстановку, — она покрутила пальцем в воздухе, — и разработаем план действий.
Я лишь обреченно махнула рукой, и развернувшись к беллбою, который терпеливо ждал меня с моими чемоданами, последовала за ним.
Номер оказался достаточно большим и светлым, оформленным в стиле альпийских шале. В центре стояла огромная двуспальная кровать, застеленная белоснежным постельным бельем с кучей подушек разного размера. По бокам расположились две прикроватные тумбочки с небольшими настольными лампами, которые своим рассеянным светом создавали интимную обстановку.
В зоне отдыха, расположенной у большого панорамного окна с видом на горы, стояли два кресла и низкий журнальный столик, выполненные из спила дерева, с причудливым рисунком зеленой эпоксидной смолы посередине.