— Вот, окаянные. Часы-то те не одну гривну стоили. Накажут теперь драчунов примерно, но песка обратно не собрать и осколки не склеить. Княжницы уже шепчутся, что беду на клан накликали и как бы её отвести, за мантикой втихую послали. А княжъ распорядился за новыми посольство снарядить.
— Значит, княжич Горан на южный край поедет и людей подбирает? — голос Малы едва заметно погрустнел.
— Нет, княжич останется, из княжников кого-то пошлют. Но дружину на охрану княжичу собрать поручили, и младших тяунов с ними, и купчего люда с города позвать.
— Мала, может всё ж попросишься у воеводы в дружину? Бронзовую подвеску тебе, как нам, быстро справят. Может даже в путь с ними отправят, так мир повидаешь!
— Подать-то подам, но сейчас не ко времени. Да и куда мне по часы ехать? Не могу же я сестрицу и матушку одних надолго оставить.
Пока они разговаривали, из старшинного дома уже вышел и сам княжич, и мастера по оружному делу и волхованию. Они на ходу попрощались и Горан вернулся к своим гридням, кивнул и обратился к Мале:
— У тётушки Деи и Ясны всё благостно? Завтра обряд быть должен бы за два часа до полудня. Но как теперь…
— Благодарю, княжич, маменька с сестрой признательны за заботу. Ясну часы не остановят, обряд она давно уже ждёт и не пропустит, даже если небо обрушится.
— А ты?
— И я вместе с сестрицей и матушкой.
Горан кивнул и ушел со двора. У него, как у третьего по старшинству княжича, поставленного над дружиною и воеводами, забот и хлопот было больше, чем часов от ночи до ночи. Как, впрочем, и у большинства людей и в поместье, и в приместье, бездельников тут не жаловали. Мала отпустила детей к наставнику отвечать усвоенный урок, а сама поспешила к воротам. Туда уже должен был вернуться обоз, утром отправившийся в город.
И действительно, телеги составили вдоль стены и теперь распрягали и разгружали. Девушка поискала дядьку Безусого, которого утром просьбой озадачила, и поспешила к нему.
— Доброго дня, — поприветствовала она вернувшегося. — Хорошо ли торг прошел?
— А, Мала! Да помаленьку и сладился. И по твоему делу успел. Вот, как просила два пряника на три медяка.
Он достал из большой корзины, установленной у края кузова, вышитую холстину и протянул её просиявшей девушке. Мала горячо поблагодарила за услугу и побежала домой, прижимая лакомство к груди и не убирая его во вретище. Тут бы тоже лишние руки не помешали, да и денежкой могли поблагодарить, но сегодня и завтра были дела поважнее, а потом уже жизнь покажет.
Мала петляла по приместью и думала, почему же ей не радостно. Что-то смутное тревожило её уже давно, но сейчас беспокойство царапало сердце глубоко в груди и подгоняло ускорить шаг. Конечно, она не бежала, но шла настолько стремительно, что полы волховки развевались вокруг ног. Чуть спокойнее ей стало только когда показалась их изба. Девушка переобулась в сенях и вошла в подклеть.