— Так вот. Главное точно вычислить, кто вы по гороскопу. Игра в попаданку — не попаданку не приветствуется, — сдавленно прокашлялась я.
— Я на вас не ругалась! — обиделась Сирин. — Сами в попу-дамка!
Все! Урок был сорван. В аудитории царило что-то неимоверное.
— А ну успокоились все! Живо! — рявкнула я. Безудержное веселье длилось до конца урока.
— На следующий урок подготовить сразу две параграфа. Наизусть, — настало мое время смеяться. — Ко всему прочему…
Улыбки померкли одна за другой.
— Составить гороскоп на неделю, — заметила я, поднимая глаза.
— А не слишком ли много? — возмутилась хрюкающая галерка.
— Каждому члену семьи, — продолжала нагнетать я. Улыбки слезли с лиц окончательно. А что они хотели?
— А можно хомячку? — спросил девичий голосок. Ее перебил гул возмущенных голосов: «Так несправедливо!».
— Дохлым хомячкам гороскопы не составляются, — отрезала я, листая журнал.
— А откуда вы знаете, что он уже дохлый? — спросила ученица.
— Вы у меня не первые! И шутке о том, что хомячок умер, начитавшись гороскопов, уже сто лет. Если вы сейчас же не успокоитесь, то будете составлять гороскоп на месяц! — сказала я свое последнее слово.
Самое важное в начале занятий — заставить студентов относиться к предмету серьезно. Возможно, однажды гороскоп спасет им жизнь.
— Занятие окончено! — постановила я, подползая к окну. Расстроенные студенты разбредались по аудитории, рассматривая карты звездного неба на стенах.
Фу-у-ух! Снизу слышалось: «Гадание на голубях! Это одно из простейших гаданий на будущее! Обратите внимание! Если голубиные какашки на подоконнике лежат кучкой, то — это к богатству. Можете посчитать их. Если количество какашек четное, то это к удаче. А если нечетное, то к переменам в жизни!».
— Магистр Дельфина! Зайдите к ректору! — послышался голос Сирин. — Он хочет попрощаться!
К ректору? Да? Ой! Совсем забыла! А почему сегодня? Он же должен был еще неделю доработать?
Так, на подарок я скинулась? Скинулась. На открытку магическую скинулась? Скинулась!
Я шла по коридору, провожая глазами вереницу портретов всех ректоров. Возле кабинета ректора уже толпились преподаватели.
— Открытка у кого? — слышался шепот и шуршание заклинаний. — Кто читать будет?
— О, Дельфина! Ты не подержишь? — заметила Стелла Сторм, преподавательница стихий. Мне в руки всучили пеструю грамоту: «Лучшему ректору!».
— А что дарим-то? — прошуршала я, глядя на красивые вензеля.
— Ой, мы такое заказали! Вот! Смотри! — радостно сообщила преподавательница по травам Мелисса Адлер. Покров невидимости сдернули. Перед нами на дыбах стояла золотая статуя кентавра. Низ от коня. Верх от мачо. И бородатая голова. От ректора.