Стоило УАЗ остановиться, как Ольга, махнув на прощание рукой, отправилась к своему хендаю. Забравшись за руль, она несколько минут сидела, прикрыв глаза. Может, все же стоило дать этому капитану шанс? Лицо мужественное, высокий, крепкий, симпатичный, опрятный и вполне себе обходительный. Ведь Радим не вернется, а ей надо жить дальше. Достав телефон, она оправила Старостину фотографию старушки с пояснением того, как она увидела ситуацию.
Именно в эту секунду ей пришла СМСка: «Абонент появился в сети». Несколько секунд она, не веря, смотрела на экран, запершило в горле, сдавило сердце, из глаз потекли слезы…
Глава 1
Радим Вяземский вышел из зеркала фрейлины Марии Медичи, так и висящего в гараже, и устало опустился на дощатый пол. Два телефона, которые были у него в кармане, тут же подключились к сети и устроили самую настоящую какофонию — посыпались сообщения, СМСки. Дикий достал один и, проведя пальцем по экрану, тяжело вздохнул. То, что для него было несколькими днями, превратилось в два месяца. Два месяца без пары дней он проторчал в расколотом мире. Достав сигарету, он прикурил, решительно вошел в аппарат по отпечатку пальца и нажал вызов. Ольга ответила мгновенно, словно держала телефон в руках.
— Ты! — выдохнула она.
— Я, — ответил он.
Несколько секунд на том конце стояла тишина, а потом Бушуева в голос разревелась. Она что-то говорила сквозь всхлипы, но он не мог разобрать что. Радим все это время мужественно держал трубку у уха.
— Надо поговорить, — спустя три минуты, справившись с собой, произнесла Ольга.
— Надо, — согласился Вяземский. — Я буду дома минут через двадцать, приезжай, к тебе не напрашиваюсь, так как мне надо привести себя в порядок.
— Я буду в городе не раньше, чем через полтора часа, — ответила Ольга, — а по такой погоде и все два, я в области, в Заринске. Тебя долго искали…. — В трубке повисла тишина. — Думаю, уже через пару минут тебе позвонит Старостин. Он очень просил меня набрать, как только ты появишься. Но, скорее всего, ему на телефон пришло такое же оповещение.
Она словно в воду смотрела, поскольку тут же появился звонок по параллельной линии, обозначенный в его записной книжке как П. С.
— Ты права, он уже на линии и не отстанет. Прости меня, милая, я так задержался, я жду тебя у себя дома, и мы поговорим. Только не гони, пожалуйста, я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, — ответила Ольга, и столько счастья и жизни было в этих словах, что Радим даже через трубку почувствовал ее тепло.
— Здравия желаю, товщ полковник, — переключаясь на вторую линию, гаркнул в трубку Вяземский.