— Достаточно, — резко прерывает Игнат, и я вздрагиваю от такой резкой перемены разговора, могли бы еще поболтать.
Игнат молчит несколько секунд, задумчиво постукивая пальцами по столу. Я замираю, боясь даже дышать. В голове мелькает: «Сейчас скажет: „Спасибо, мы вам перезвоним“ — и это будет конец моей мечты о работе здесь».
Но вдруг он произносит:
— Вы приняты. Начнете в понедельник.
У меня перехватывает дыхание.
— Что? Правда? — выдыхаю я, не веря своим ушам.
— Да, — подтверждает Игнат. — Посмотрим, как ваши навыки и кот Барсик помогут вам в работе.
В его глазах мелькает что‑то новое, не просто холодный расчет, а интерес, любопытство. Он еще, наверное, сам не до конца понимает, зачем берет меня на работу, но что‑то в моей непосредственности зацепило его.
Я расплываюсь в улыбке, чувствуя, как напряжение последних минут тает.
— Спасибо! Я вас не подведу! — обещаю я, стараясь не подпрыгивать от радости на месте.
Выхожу из кабинета, прижимая к груди папку с документами, которые совершенно мне не приходились. В груди бьется радостное волнение: новая работа, новый шанс, и кто знает, какие еще сюрпризы приготовила мне жизнь рядом с этим загадочным, властным боссом. По пути к лифту я ловлю на себе взгляд секретарши — она едва заметно улыбается и кивает, будто говоря: «Молодец». И от этого становится еще теплее на душе.
Уже в лифте, когда двери закрываются, я позволяю себе выдохнуть и тихо хихикаю:
— Барсик, дружище, спасибо, что научил меня не сдаваться. Похоже, твои проделки действительно пошли мне на пользу!
— Ну что, готова к трудовым подвигам? — спрашивает секретарша Демидова, как только я переступаю порог приемной.
— Готова! — радостно рапортую я. — Меня Алёна зовут.
— А меня Инесса Владимировна, — по-доброму, говорит женщина.
Я тихо радуюсь, что секретарем у Игната Александровича работает не длинноногая модель, а то бы пришлось комплексовать. Хотя… Чего мне такой красавице комплексовать? И я выбрасываю все дурные мысли из головы.
— Ну, осваивайся. Твое рабочее место там, — женщина кивает в сторону стола, стоя́щего в углу. — Игнат Александрович просил разобрать бумаги на его столе.
— А что мне с этим всем делать? — недоуменно спрашиваю я, заглядывая в кабинет и глядя на эти залежи макулатуры.
— Рассортируешь по датам, по значимости. Короче, систематизируешь. Черновики утилизируешь, — Инесса Владимировна усаживается за свой стол и начинает стучать по клавишам. — Если что-то будет непонятно, спрашивай.