— Лиз, я просто в ужасе порой от того, что творится в твоей умной, красивой голове, — обнимая меня и усаживая к себе на руки, сказал Дэс. — Мы любим тебя, мы будем любить всех наших детей одинаково. Я буду отвечать за пацанов, учить их кататься на байке, драться, соблазнять девчонок, а Даррен будет заплетать косы нашим дочкам и учить их быть леди. Если ты, конечно, сделаешь нам такой роскошный подарок.
— Эли, в высшем обществе, конечно, полно лицемеров и хамов, но у меня достаточно компромата на половину Нью–Йорка, так что наших детей никто не посмеет обидеть ни словом ни делом. Не переживай ни о чём. Твоя задача — быть счастливой, целовать нас и улыбаться нам каждое утро. Договорились?
— Не-а. Вы знаете о токсикозе беременных, нервных срывах, отёках, о том, что нам могут запретить заниматься любовью на ооооочень длительный срок? — попыталась запугать я мужчин.
— Каждый порядочный мужчина прекрасно знает, как помочь себе самостоятельно, дорогая, — мягко заметил Кавана. — Потерпим.
Посмотрела на дорогих моему сердцу мужчин. Красивые, умные, талантливые! Как говорит Кэл: прекрасный генофонд, от таких рожать и рожать. И я с ней, конечно, согласна, но иногда я такая трусиха.
— Эли, мы со всем справимся и никогда тебя не предадим, не сомневайся, — проговорил Даррен серьёзно и словно немного грустно.
Неужели он так расстроен, что я не хочу детей? Точнее, я просто отчаянно трушу и вижу сплошные минусы, не замечая плюсов.
— Ладно, я согласна. Но если я стану толстой и некрасивой…
— Ты будешь очаровательным карапузиком, — тут же защекотал меня носом по щеке Десмонд. — Мы будем носить тебя на руках, целовать и щекотать пятки.
— Я не люблю щекотку, — рассмеялась я немного нервно.
— Живо мыть руки и в постель! — распорядился Даррен грозно, но я видела, как смягчились строгие линии его лица, как исчезла морщинка меж тёмных бровей. Впервые за длительное время он по–настоящему расслабился. Выходит, так сильно переживал, а я… трусиха бессовестная.
— Кстати, а кто будет первым? — обернулся к Даррену Дэс, удерживая меня на руках. — Камень, ножницы, бумага?
— Что?! — возмутилась я не на шутку.
— Давай! — согласился на это безумие один из самых цивилизованных и выдержанных мужчин в моей жизни.
— Нет слов, — пробормотала я, наблюдая, как эти двое решают такой важный вопрос обычной детской игрой. Как по мне, логично было родить сперва от Даррена, всё же я его официальная жена и первый ребёнок должен быть от него.
И будто сама судьба поддержала моё мнение — победил Даррен.
— Месяц предохраняйся, — велел он раздосадованному Дэсу.