Я не обрадовалась, когда, очнувшись в реанимации, поняла, что жива. Но и не расстроилась. Просто приняла как данность. Наверное, становлюсь фаталисткой.
Во время лечения ко мне каждый день наведывалась психолог. Не знаю, для чего она настырно пыталась залезть мне в душу, если я в самый первый визит сказала, что в ее услугах не нуждаюсь. Не спорю, после жизни с Шевцем не помешала бы психологическая помощь, но мне претила мысль, что в моем грязном белье будет ковыряться чужой человек. Все мое должно остаться со мной. Каким бы отвратительным оно не было.
Соскочив утром с дивана, я метнулась в туалет. Меня сильно тошнило. Врачи предупреждали, что из-за сотрясения мозга и анемии может беспокоить тошнота. А так же головокружения и слабость. Со временем, при соблюдении всех рекомендаций, все должно прийти в норму.
Опорожнив желудок в унитаз, я заставила себя помыться и хотела уже выйти, как услышала в прихожей голоса.
— Олька! Явилась, таки!
О-о-о! Сейчас начнется!
— Здрасти, тетя Таня! – громко заявила я о своем присутствии.
— Здрасти – здрасти… Нарисовалась, значит!
— Ага, фиг сотрешь…
— Хороша-а-а, ничего не скажешь, — бесцеремонно оглядела меня с головы до ног, — космы где свои потеряла?
— Вши завелись. Пришлось состричь.
— Алла сказала, ты со своим разбежалась…
— И?..
— Что, и?! Значит, как все хорошо – бабка не нужна! А как хвост поджала – тут как тут!!!
— Таня! Перестань! – возразила бабушка, — Что ты такое говоришь?!
— Ой! А что я такое говорю?! – всплеснула та полными руками, — не ты ли, Алла, мне жаловалась, что Олька дорогу к тебе забыла?
— Я уезжала… — промямлила оправдание.
— Так, Татьяна, прекрати! Ты видишь, до чего девочку довела?..
— А и правда, Оль. Ты че бледная – то, как моль?! – нахмурилась тетя Таня, — заболела, что ль?
— Нет, — буркнула через плечо, уходя на кухню.
— Да, ладно, ты не обижайся…
Я и не обижалась. Знала ее с детства. Ее и ее язык без костей. Она всегда такой была – в глаза говорила, что думает. Хоть ученикам, хоть директору школы. Вообще – то, она беззлобная тетка. Взбалмошная только и шумная, но не плохая. Они с бабушкой много лет уже дружили, еще со школы, где тетя Таня библиотекарем работала.
Она и сама жизнью побита была. Муж со старшим сыном разбились в аварии еще в начале двухтысячных. Младший на зону угодил по 228 статье – распространение наркотиков, а когда вышел, подался на севера в поисках легких денег, да так там и затерялся.
Скоро шебуршание в прихожей стихло, и бабушка зашла в кухоньку.
— Не обращай внимания, она не со зла.