— Значит, будем считать, что мы сделали еще одно научное открытие, — констатировал Покровский, снимая трупы в разных ракурсах на свой смартфон.
— Вы лучше скажите, Виталий, как же мы сможем продолжить путь? Ведь у нас теперь двое раненых. Наш капитан много крови потерял, а матросу Петру Иванцову нужна немедленная операция, — сказала Марина.
— И двое наших товарищей, Пиневич и Таращевский, погибли, — вставил старший матрос Данила Степанов, который остался за начальника лодочного каравана вместо раненого капитана Фадеева, который дремал в лодке после перевязки и приема обезболивающих препаратов из двадцать первого века, которые выдал Александру Виталий Покровский из своей аптечки.
— Да, согласен. Придется поворачивать обратно, — кивнул научный руководитель.
Степанов сказал:
— Если лодочные моторы запустим, то быстрее против течения дойдем, чем по течению шли на веслах. Вот только, что же с мертвыми делать?
— Пиневича и Таращевского в полиэтиленовые пакеты завернем, а там уже похороним, как полагается, — проговорил Виталий.
— А с этими что? Так оставим? — спросил старший матрос, кивнув в сторону убитых зверолюдей.
— Ни в коем случае! Они представляют огромный интерес для науки. Тела нужно исследовать тщательнейшим образом, а потом обязательно сохранить скелеты, — вмешался Лев Мурашевский.
— Давайте ради науки их тоже завернем и в лодки погрузим, — предложил зоолог, поддержав коллегу.
— Даже не знаю, есть ли такая техническая возможность, чтобы еще и этих покойников с собой брать, — засомневался Покровский.
Но, Степанов сказал:
— У нас, получается, последняя лодка освободится. Канистры с топливом, которые она везла, мы сейчас распределим по остальным. А ее на буксир возьмем.
Приняв решение, начали собираться в обратный путь. Запаковали и погрузили покойников. Самое большое затруднение, конечно, преодолевали во время погрузки зверочеловека, весящего под сто пятьдесят килограммов. Его, как самого тяжелого, погрузили в лодку первым на дно, как сказал старший матрос, для остойчивости. Остальные тела положили сверху. И вскоре лодочный караван, отчалив от берега, запустил моторы. Развернувшись в обратном направлении, суденышки оглашали окрестности ревом двигателей внутреннего сгорания. Подобных звуков местные обитатели никогда прежде не слыхали. Звери, на всякий случай, разбегались подальше от берега.
В первой лодке полулежал капитан Фадеев, раздетый по пояс, с перебинтованным левым боком и левой рукой. Рядом с ним сидела Марина, время от времени заботливо поправляя на нем одеяло. А на корме управлял моторкой Данила Степанов. На второй лодке Виталий Покровский лично наблюдал за состоянием тяжело раненого матроса, а управлял лодкой Лев Мурашевский. В третьей по-прежнему находились зоолог и геолог, а управлял матрос Богдан Грищенко. Их суденышко на буксире тащило четвертую лодку, нагруженную покойниками почти до предела грузоподъемности и с выключенным мотором. В сущности, экспедиция прошла вниз по течению Кусачей не так уж и мало километров, сделав даже несколько интересных открытий. Вот только никто из участников, конечно, не ожидал столь трагического финала. Все, разумеется, надеялись на более благоприятный исход этого научного мероприятия.