По рации передал приказ первой группе «Через минуту начинаем штурм, использовать огнестрел разрешаю. Уничтожить всех уголовников и тех, кто окажет сопротивление.».
Приоткрыв дверь мне в лицо, ударил яркий луч света. Эти придурки где-то достали диско-шар, на который теперь проецировалось изображение с проектора освещая всё вокруг. Сорок бухих тел обнявшись орали песню «жиган лимон». На креслах сидели голые девицы и смеялись, глядя на то, как их папики поют, чувствуя себя королями жизни. Но всё очень быстро кончается, а в их случаях закончилась жизнь.
Ворвавшись внутрь, мы открыли шквальный огонь срезая всех подряд. Пули разрывали плоть, обивку сидений, бутылки с алкоголем, выбивали искры попадая в стены, порой доставалось и перепуганным шлюхам, которые вскочили с места пытаясь убежать.
Музыка пыталась перекричать автоматные очереди, но это было бесполезно. В ушах стоял пронзительный писк, а по порожкам уже струились ручейки крови. Все были убиты, кроме трёх уголовников спрятавшихся на последнем ряду. Они укрылись за щитом, который я уже видел ранее.
За щитом стоял Кобыла, рядом морщинистый тип зажимающий бок, и абсолютно голый татуированный амбал сжимающий в руке нож.
— Держите на прицеле. Без моей команды не стрелять. — Приказал я, поднимаясь по порожкам вверх. — Кобыла, я думал ты сдох. А ты живучий как таракан.
— Ты кто сука?! Чё вам надо? Вы знаете, что с вами Крест сделает? — Прошипел он, не убирая щит.
— Да мне то похеру. И ребятам моим тоже. Давай раз на раз. Без огнестрела. Убьёшь меня, и сможешь уйти вместе со своими ребятами, если нет, то сдохнешь. — Я хищно улыбнулся, вспомнив все разы, когда мы с ним закусывались. Удивительно что он меня так и не запомнил.
— А давай. Только не ной, когда я выпущу тебе кишки. Борзый, дай финку. — Кобыла протянул руку и в неё тут же лёг армейский нож.
Я положил автомат на простреленное сиденье и улыбаясь двинул к Кобыле с пустыми руками.
— Гы. Ты совсем дурачок? Думаешь в рукопашку меня уделаешь? Убогих убивать так-то грех, но мне пофиг.
Кобыла рванул вперёд и ударил, сверху вниз целясь ножом мне в район ключицы. Я сместился влево, и перехватив его руку, ударил кулаком в изгиб локтя. С хрустом рука выгнулась под неестественным углом, а Кобыла выронил нож.
— Ааа! Сука! Порешу, падлу! Чё вы стоите? Вперёд блять! — Орал Кобыла, смотря на своих подельников, но те стояли с высоко поднятыми руками и не шевелились. — Крысы позорные! С вами позже разберусь!
По коже Кобылы пробежало фиолетовое свечение, он открыл рот и выплюнул мне в грудь десяток мелких игл. С глухим звуком иглы воткнулись в грудь.