Носок аккуратненьких туфелек постучал по земле, и шепот сорвался с ее губ так легко и просто, что ведро могло бы устыдиться своей худости, если бы могло. Под воздействием ведьмовской ворожбы, ведро встрепенулось и обновилось, теперь оно было целенькое и чистенькое, заодно и былые кирпичи вернулись на прежнее место. Касс улыбнулась своему творению и снова отправила обновленную посудину за водой, а когда оно вернулось, ведьма вдоволь напилась ледяной воды. От ее студености у Касс заломило зубы. Но жажда мучила ведьму уже больше суток полета, и отказаться от этой наивкуснейшей жидкости она была не в состоянии, что уж говорить о голоде…
Пока Касс утоляла жажду, она делала вид, что не замечала, как кроны деревьев зашуршали больше обычного: какие с возмущением, какие с завистью, какие с неодобрением, а какие-то даже с восхищением. И этот древесный шелест стал распространяться с немыслимой скоростью от точки силовых возмущений, которую создала Касс ворожбой, по всему чужеземному лесу, как его называли лишь люди…
С представителями дивного народа, к кому люди относили всех тех, кто не являлся человеком, все же Касс встречалась, очень редко, но все же. Если работяги и труженицы не особо жаловали иных, им хватало хлопот и без чуждых, то высший свет наоборот дивный народ просто обожал. В чужие земли часто отправлялись приглашения и Владыке эльфов, и Вожаку оборотней, и Предводителю гномов, кажется, даже Королеве фей рассылались заветные пригласительные. Однако, дивный народ посещал торжественные встречи крайне редко, и чаще всего их визит был сопряжен с обновлением мирных и торговых договоренностей или же их подписаний.
Грегори был и есть потрясающий мужчина, жалко, что он был слишком предан своему императору Веяру. Сон навеял все воспоминания, а не только конец этих прекрасных отношений. Касс познакомилась с Грегори случайно, в простой лавке кожевника, когда ведьма затаривалась шнурками и полосками из коровьей кожи для амулетов. Тогда-то в лавку и зашел Грегори.
Серьезный, симпатичный молодой мужчина в хорошо сидящем костюме из дорогой плотной ткани, но Касс заинтересовала не его общая привлекательность, нет, совсем не это – ее заинтересовал приворот, под которым и находился мужчина.
И пока Касс раздумывала, как бы не навязчиво помочь привороженному, Грегори, а тогда она не знала его имени, ей вежливо улыбнулся, а бедное сердечко ведьмы безнадежно трепыхнулось, Касс поняла, что пропала. Ей хватило одной улыбки, чтобы понять всю крохотность клетки, где теперь будет томиться ее бедное сердце.