Как только мы шагнули в Изнанку, проклятое облачение облекло меня с ног до головы. Плащ лёг на плечи, маска на лицо; я по-прежнему едва ощущал всю эту «вторую шкуру», зато Ориана с непривычки вздрогнула и отпустила мою руку. Княжна озиралась по сторонам даже с некоторой робостью, ибо в сердце Башни, на узкой лестнице, висящей над бездной, вошедшего поневоле придавливает ощущением крошечности.
— Ваша ослепительная светлость! Вы засияли своей красотой нашу скромную межмировую обитель, — Ключник с комичным проворством вскочил на задние лапы и поклонился настолько изысканно, что запутался в изгибах своих конечностей и хвостов.
Пародийный тон его любезности заставил и без того несчастную Ори нахохлиться.
— Кто это, придворный шут? — фыркнула она.
— И мудрец, и на дуде игрец, — кивнул я. — Но всё же потенциальный верный друг за фасадом циничного эгоиста. Хотя и менталист, так что следи за мыслями.
— Ну, если друг, то ему дозволяется издеваться, — вздохнула Ориана. — Хотя я теперь не могу никому ничего запретить, ведь я больше не княжна.
— Может, это и к лучшему? — ухмыльнулся кот. — Была царственная ангора, стала уличная трёхцветка, зато свободна и можешь гулять сама по себе.
Он изогнул длинное тело и изобразил прогулку наглядно, причём открыл в пространстве маленький портальчик и, заходя у головы, выходил себе прямо на спину, создав таким образом ленту бесконечного кота Мёбиуса, абьюзящего геометрию вселенной.
— Трёхцветка? — удивилась Ори. — Это ещё почему?
— Не станешь же ты шастать по этажам и мирам в пышном алом платье с туфельками на каблучках? Они неудобны. Конечно, переоденешься в уличное и походное. Без тиары. Ясновижу, что в следующий раз увижу тебя в земных штанах с футболкой и кроссовках!
Ори вздохнула, осознавая, что привычный образ придётся радикально поменять, а Ключник переключил издевательства на меня:
— Яр, а ты не обманул надежд: сделал всё не скучно, а интересно, закрутил сюжет.
— Мда, Силен наверняка страдает от похмелья и думает: «Зачем я выбрал этого дурака?»
— Да он сам виноват! — возмутилась Ориана. — Ему следовало давать чёткие инструкции, а не играть в загадки. Поставил нас в двойное неловкое положение, теперь мы должны действовать вдвоём, преодолевать притяжение осколков и чувствовать вину за симпатию друг к другу!
— Зато так интереснее, — припечатал котик. — Так что я на стороне старого развратника.
— Наши неудобства всё же мелочь, — возразил я. — Как ты сказала, мы люди взрослые и вполне можем действовать в паре, держать границы и не подставлять меня под гнев Миры.