— Слуга, ты смеешь перечить мне⁈ — взревел Онежский, синие глаза которого опасно сверкнули.
Он врезал по невидимой стене. Воздух пошёл волнами в том месте, но барьер остался на месте.
Улыбка Иннокентия из кроткой и просящей стала угрожающей.
— Я смею напомнить вам, Ваша Светлость, что недавно Империя уже пережила попытку переворота. Вы хотите устроить ещё одну? В таком случае, вспомните, что случилось с вашим предшественником.
Князь слегка успокоился и задышал ровнее.
— Император готов поговорить с вами, но, как глава его охраны, прошу, оставьте здесь ваших людей и оружие.
— Хорошо, — выдохнул Онежский и кивнул своим людям.
Морозный туман рассеялся, стены, покрытые льдом, начали стремительно оттаивать. Следом исчез барьер, и князь прошествовал сквозь строй расступившихся по команде гвардейцев.
Император находился в просторном кабинете с тремя своими сыновьями из четырёх. Увидев вошедшего князя, он скомандовал царевичам:
— Оставьте нас ненадолго.
Когда Ярослав, Владислав и Алексей прошли мимо князя, поприветствовав его, и за ними захлопнулась дверь, Онежский пошёл в атаку.
— Государь, я знаю, что у вас на столе лежит донесение полковника Дрёмина, — заговорил он, подойдя к широкому письменному столу. В кресло не сел, а упёрся руками в столешницу. — На военных сборах в Пятигорской академии случилось «чэпэ»: взвод Дубова внезапно исчез и объявился с тылу осман! Скажите, что это не так.
Император холодно взглянул на Онежского.
— Вы говорите об этом донесении? — махнул он в воздухе бумажкой. — Да, это правда, что отряд Дубова во главе с бароном Маститовым и ещё несколькими учителями неведомым образом оказался в османском тылу. Чего вы хотите, Ваша Светлость?
— Чего я хочу? — оскалился князь Онежский. — Как и любой отец, я хочу спасти свою дочь. Я знаю, что она там, рядом с Дубовым! Мы и так слишком давно отступаем. Пора утопить врага в его же крови!
В кабинете начало стремительно холодать. С другой стороны стола поднялся из своего кресла Император, и с его стороны пополз такой жар, что начал пузыриться лак на дереве.
— Не забывайтесь, князь! — грохотал голос государя. — Вы находитесь во дворце Императора! И вы далеко не единственный отец, чьё дитя оказалось в руках осман. Вам не хуже меня известно, что между нами и Дубовым с Маститовым стоит вся армия Османской Империи! И если мы сейчас пойдём в атаку, чтобы спасти их, то скольких людей потеряем? Британцы только и ждут, чтобы мы дали слабину. Стоит нам ослабить другие направления, они, как коршуны, бросятся в атаку. И тогда мы потеряем не только наших детей, но и всю Империю с её гражданами. Хотите рискнуть, Ваша Светлость? Хотите поставить всё на карту, а потом разгребать последствия?