— Фух! — выдохнул я, когда канал был разорван. — Что это за хрень была…
Но никто ничего не ощутил, кроме меня. Может, Маша, но она снаружи. Поэтому продолжил передавать энергию лесу. Он тем временем пробился множеством корней к грунтовым водам и потянул её наверх, поливая самого себя влагой, чтобы не сгореть. А часть энергии пошла на мутацию листьев и деревьев. Это уже мой Инсект проявил себя и каким-то образом научил лес, как стать морёным. Не знаю, это уже была его инициатива.
Не знаю, сколько времени я так провёл. В итоге всё кончилось. Лес поблагодарил меня потоком счастья и радости. Только тогда я с облегчением выдохнул и «очнулся». В смысле, начал видеть мир вокруг.
А там уставшие девушки — полусонные, грязные и голые, — пытались запихать мне в рот ягоды, корешки, куски монстров и чёрт его знает что ещё.
— Ы-ы-ыа-а-а… — стонали они. Прямо зомби наоборот какие-то.
— Всё-всё… Вы молодцы. Мы сделали это. Спасли лес и всех остальных. — Я попытался их обнять, а они попадали на меня от усталости и завалили на землю.
Немного отдохнув, вернулись в реальный мир. И чуть не померли от холода!
— М-м-можно об-б-богреватель в-в-включить? — взмолилась, стуча зубами Мита.
Она медитировать не умеет, поэтому тут оставалась.
Девушка прижалась к брюху Альфачика, пытаясь закутаться в его шерсть. Гоша сплёл себе подобие шубы, остальным тоже попытался помочь. Поручик также обратился в пушистого Волкодава и грел людей своим телом, лёжа на земле. А всё потому, что Паша лежал без сознания на коленях Айлин, а от княжны всё это время шёл холод. Короче, в древесном куполе царил настоящий дубак.
По ощущениям, снаружи тихо. Поэтому я оторвал себя от корней, и вскоре они осыпались. И… ярко засияло солнце! Над головой высились кроны деревьев, а сквозь листья пробивались косые и тёплые лучи. Мы вообще где?
Но, оглядевшись, я понял, что мы там же. Просто лес разросся и защитил нас, как мы его. Корни опутали руины и остовы сожжённой техники. Лес оказался не слишком плотным, поэтому было видно несколько упавших дирижаблей, опутанных стеблями плюща и проржавевших.
И выжили не только мы, но и некоторое количество османов. В том числе Хасан. Видимо, перед лицом смерти лес перестал делить людей на своих и чужих и спас не только нас. Что ж, благородно с его стороны. Лишь бы и османы ответили тем же.
Хасан стоял на одном колене, опираясь рукой на ятаган, воткнутый в землю. В разорванной одежде и с испачканным лицом. Айлин бережно передала нашему целителю Пашу и бросилась к своему брату.
(осм.) — Примите наше поражение… — шептал Хасан.