— Вход на Древо запрещён всем, несущим в себе Мрак, — напомнил Кортик.
— Ну не я, так хоть Чип сдаст. Может вещичку какую интересную получим.
— Почему нет? — поразмыслив, ответил Эволетт. — Погоди, подготовлю соглашение.
Через несколько минут Чипу привалила добрая дюжина карт от Эволетта и что-то около десятка от Кортика. Аналогичные соглашения запрещали передавать или продавать данные карты кому-либо кроме меня и картографа сильвари.
— Никак не привыкну эти гобелены картами называть, — буркнул подошедший Чип, разглядывая подарки. — И уже подхвостьем чую, кто будет эти карты уточнять…
— Если тебе доведётся побывать в Поднебесной и в Аструме — непременно уточни, — хмыкнул Кортик.
— Делов-то, — отмахнулся Чип, бережно сворачивая свитки и убирая в висящий на боку тубус. — Сотня вёрст для нас не крюк. Так что и до местной Поднебесной доберёмся, если понадобится.
— И Боксёрское восстание погасим, — поддакнул Сашка. — Или Жёлтое небо устроим. Паш, бери наш кактус и пошли уже, ну его нафиг тут торчать — у меня рейс ночью, а мы ещё ни в одном глазу. И Хам с Владом подтянуться должны.
— Я попрошу меня подбросить до лагеря отступников и тоже выхожу. Самой добираться долго. Кстати, Паша! — Я выудила из сумки сломанную уздечку Плотвы. — Почини мне лошадку, а?
— Без проблем, — кивнул ирх, принимая предмет. — А теперь бегом доделывай дела и в реал!
К Сашкиным проводам я присоединилась в аккурат к приходу Хама с Владом. Точнее — в тот момент, когда Котофею понадобился помощник, и он беззастенчиво припахал меня таскать на стол тарелки.
— Я ж теперь офицер, — важно пояснил он, нагружая поднос в моих руках. — Вот, привыкаю эксплуатировать подчинённых. Вперёд, кандидат в рядовые.
— Теперь я понял, почему твои подчинённые в джунглях прятаться предпочитают, — прокомментировал эти действия Влад, забирая из холодильника бутылки. — Давай уж, аристократ помоечный, закругляйся уже, и пошли жрать.
— Ща, пять минут, — Саня сунул нос в духовку, проинспектировал состояние курицы с картошкой и удовлетворённо резюмировал. — Эх, хороша.
За столом разговор как-то плавно перешёл на тему игры. Отъезд Сашки не затрагивался вообще, словно какое-то табу, и поэтому речь шла о другом основном событии дня — сражении с Гераникой. Говорила, правда, в основном я, ибо Санёк пропустил финал, а Паша прибыл только к развязке. Так что их участие в повествовании об эпической битве ограничилось в основном комментариями.
— Я вот одного не пойму, — поделилась я вопросом, что не давал мне покоя. — Почему Гераника пытался убить послов — понятно. Рассорить соседей, разрушить альянс, насолить двум императорам, которым главный посол приходится родственником. Но чего он так рвался Первую грохнуть? В этом же никакого смысла нет. После её смерти должно случиться затмение солнца и Древо просто породит нового лидера. Для Гераники вообще никакой разницы, они там все преданы Сильвану и с Мраком дел иметь не станут.