Шедший концевым в японской колонне крейсер вздрогнул, когда действительно тяжелый 113-кг фугас, пробив небронированный борт, разорвался на батарее 120-мм орудий, вызвав детонацию доставленных к одному из них боеприпасов. По сути, в точности повторилась ситуация десятилетней давности, когда та же «Мацусима» едва не погибла от похожего попадания с одного из китайских броненосцев. Вот и сейчас колоссальной силы взрыв не только вывел из строя разом три орудия правого борта, попутно уничтожив их расчеты, но и выгнул верхнюю палубу, не говоря уже о начавшемся прямиком над крюйт-камерой пожаре.
В то время как все прочие корабли Российского Императорского Флота, снабженные 203-мм орудиями, вынуждены были довольствоваться исключительно легкими снарядами весом в 87,8 килограмм, которые еще представлялось возможным зарядить посредством исключительно мускульной силы матросов, полностью механизированная система заряжания, примененная в башнях «Славы», позволила оперировать боеприпасами, так сказать, более тяжелого класса. А с учетом их изготовления из отличной стали, в снаряд удалось поместить аж 12 килограмм тротила, что делало его втрое более мощным, нежели вдвое более тяжелый чугунный фугас к 254-мм орудию. Одним словом, поражающая способность подобного снаряда оказалась столь высокой, что уже после седьмого попадания с борта «Мацусимы» прекратилась всякая ответная стрельба, а сильно горящий крейсер начал отставать от своих систершипов и заметно вилять на курсе.
«Ицукусима» и «Хасидате», общими усилиями сумели выиграть своим подопечным еще всего лишь полтора часа, превратившись за это время один за другим в столь же жалкие развалины, что и оставшаяся далеко за кормой «Мацусима». Причем попавший под раздачу последним «Хасидате», не просто получил серьезные повреждения, а потихоньку тонул пораженный помимо фугасов четверкой бронебойных снарядов, что, пробив бронепалубу, покорежили одну из машин и проделали пару подводных пробоин с противоположного борта. Такими их и обнаружили торпедные катера с примчавшегося на всех парах следом за своим флагманом «Капитана 1-го ранга Иениша». Стоило ли говорить, что все три крейсера не пережили этот день?
Вообще из состава охранников этого конвоя не смог уйти ни один корабль. Ведь в то время пока отряд «Славы» нагонял японцев, ему навстречу летел со всей возможной скоростью чуть менее грозный «Громобой», на чью долю и пришлись оба шедших в авангарде вспомогательных крейсера. Его же артиллеристы, не разобравшись сразу, обстреляли вырвавшийся далеко вперед транспорт, что исчез во вспышке от огромного силы взрыва, стоило первым снарядам пробить его борт. По всей видимости, на пароходе везли сотни тонн взрывчатки, подрыв которой практически испарил судно в долю секунды. Потому в число трофеев он и не попал, как и еще один — выброшенный командой на камни одного из многочисленных островков южной оконечности Корейского полуострова. Но как уже было сказано ранее, куда больше потери транспортов и их грузов командующего Объединенного флота печалила гибель своих моряков и кораблей, возместить которые не представлялось возможным, ни за какие деньги. Именно это и стало причиной столкновения, что должно было войти в историю под наименованием — «Второе сражение в Желтом море». Однако прежде требовалось несколько уравнять силы сторон, и вперед стальных исполинов в бой были пущены смертники, что ценою своих жизней обязаны были максимально сократить линейные силы русского Тихоокеанского флота.