Быстро собираюсь. Масксеть не трогаю. Пусть остается на память штатовским контрразведчикам. Завтра они тут землю носом рыть будут. Нет, вернее, уже сегодня. Оставляю продукты. Я вообще не могу есть при сильном нервном напряжении. Так уж мой организм работает. Не всегда это хорошо. В мешок укладываю «коркораны» и приемник в футляре. Из-под камней осторожно достаю гранаты и, вставив чеку, кладу их в гранатные подсумки на поясе. Своим заокеанским коллегам «сюрприз» не оставляю. Хотя вряд ли они оценят мое благородство. Надеваю мешок, два раза прыгаю на месте. Все нормально, ничего не звенит.
Спустившись чуть ниже гребня, прохожу вдоль хребта метров сто вправо. Потом опять поднимаюсь наверх. Объект остается снизу и слева от меня. Полная луна хорошо освещает его в ночном безоблачном небе.
Закрепляю веревку булинем за плоский валун. Спускаюсь дюльфером. Прожектор периодически светит в мою сторону. Но сейчас он мне больше помогает, как ориентир.
Я медленно ползу по прямой. Ориентируюсь на высотку с орудием. Минное поле, примыкающее к колючке, остается слева. Я за эти почти двое суток все хорошо изучил. Знаю, где проход через проволоку. Ползу очень медленно, ведь человеческий глаз реагирует только на движение. Но сейчас в белом маскхалате меня не увидят даже в ночной бинокль. Ножами я прощупываю дорогу перед собой. Кто его знает, может, и здесь мин понатыкали. Эти триста пятьдесят метров я полз два часа. Мин, слава Богу, не встретил.
Оказавшись возле бруствера из мешков с песком, снимаю маскхалат. Снега здесь нет — его сдувает ветер с моря. Патруль только что прошел. Медленно, на корточках, иду вслед за ними. Оба «нагана» в моих руках. На стволы надеты «Брамиты». Так дохожу до будки с вращающейся антенной. Прижимаюсь к стене, сжимаясь в комок. Смотрю на часы. Что там у нас со временем? Два часа тридцать четыре минуты. Минут через восемь патруль, обойдя орудия, пойдет обратно. Их маршрут я уже знаю поминутно.
С моря завывает ветер. Сейчас это очень даже хорошо. Наконец появляются патрульные. Идут гуськом. Пропускаю их вперед и, выскакивая из-за прицепа чуть вправо от тропинки, стреляю из двух «наганов». Чавкающий звук пуль, разрывающих человеческую плоть. Двое валятся как подкошенные. Прыжок вперед. Первый патрульный, обернувшись, срывает с плеча винтовку. Еще два выстрела в упор, и с патрулем покончено.
До будки РЛС где-то три метра. Прыжок на лесенку, дергаю ручку двери. Успевая рассмотреть лицо оператора. Он повернулся в мою сторону. Медленно пережевывает жевательную резинку. Выстрел в голову отбрасывает его назад, а на индикатор падает шапка-ушанка с опущенными коричневыми «ушами».