Может какой-нибудь усмиряющий артефакт? Но вроде у него не заведение для буйных или помешанных. Как раз наоборот, пациенты спокойные и сами хотят лечиться.
Я взялся за телефон и зашел в хранилище императорской библиотеки, чтобы изучить подробнее болезнь угасания дара. Информации было немного, больше предположений, чем реальных фактов. Сам мастер Богданов опубликовал несколько научных трудов, но продраться через язык медицинских терминов я не смог.
А переводчика на человеческий для таких документов, увы, не было.
В итоге, запутавшись ещё больше, я отправился спать. Уже понимая, что не утерплю и завтра же отправлюсь к Бажену Владиславовичу.
Послепраздничное утро встретило меня ещё одним сюрпризом. Когда все собрались за завтраком и сняли крышки с блюд, то я быстро проснулся, Тимофей несдержанно хрюкнул, Гордей восхитился, а патриарх очень медленно, но настойчиво спросил:
— Это что?
— Дык блинчики, барин! — просиял Прохор.
— А почему они зеленые? — ещё медленнее уточнил дед.
На белоснежных тарелках не просто зеленели, а радовали глаз весьма необычным, ярким и веселым оттенком, с виду и правда блины.
— Дык полезные для здоровья! — слуга явно не понимал, в чем проблема, ну или очень хорошо притворялся, что не понимает. — Баба сказала, что шпынат от давления помогает. Ну и это… Для мужской силы хорошо.
У Луки Ивановича дернулся глаз, но граф стойко выдержал испытание. Рыжий уже буквально под стол сползал от сдерживаемого смеха. Парню пришлось сделать вид, что уронил что-то и спрятаться под скатертью. Оттуда сразу же донеслись сдавленные всхлипы.
Слуга озадаченно почесал макушку и признался:
— Токмо зачем нам этот шпынат заморский, когда есть наша родная крапива. Тоже хорошая, жгучая…
Я только сейчас обратил внимание, что старик усиленно прячет руки за спиной.
— Ясно, — только и сказал дед и взял свою вилку.
Патриарх церемонно подцепил кусок блина и смело отправил его в рот. Удивился, взялся за сметану и второй блин. Прохор тихонько выдохнул, а я последовал примеру главы семьи.
Не смотря на весьма колоритный вид, угощение вышло вкусным. И правда блины, привкуса крапивы не ощущалось. Ну а со сметаной и мёдом так и вовсе не отличить от обычных блинчиков.
После трапезы дед отозвал в сторону Тимофея.
Вероятно, решил зайти с другой стороны. Прохор проникся к рыжему, так что был шанс через него воздействовать на эксперименты над едой.
Уже позже, проходя мимо кухни, я убедился что план работает.
— Дык это обычная солянка же! — недоверчиво говорил слуга.
— Не, солянка это с соленым огурцом, а тут маринованные специальным способом. Брез-де-ля-рус! Высокая кухня, — весьма уверенно отвечал Тимофей.