Люди Леса отлично умели прятаться и были бойцами не хуже остальных народов, со своими Восходящими и умениями. Воины приготовились вступить в бой, а детвору и женщин отправили в чащу, включая и его семью. Тот, кто это сделал, принял решение не заморачиваться, а просто убил всех на огромной территории, даже не пытаясь выискивать трофеи. Нашему просоленному вдовцу досталось всё имущество, и он стал строить планы мести.
Было очень похоже на то, что мы видели в поселении водоплавающих. Там просто взяли только то, что просто валялось под ногами, и надо было быть полным дураком, чтобы это не поднять. А может, подняли, чтобы не казалось слишком странным, что ценности оставили? А лезть в подводное убежище не стали, потому что это место не совсем очевидное, и мы его нашли только благодаря Склизкой. Услышав наш ответный рассказ, морской разбойник шёл угрюмее тучи, погружённый в свои мысли.
Мы шли весь ден. Кусь был недалеко. Я видел отметку на карте Восхождения, но место для меня было тёмной зоной, зато по пути. Где прятался волчара, там наверняка есть укрытие. Мы долго двигались, и я принял решение: если логово подходит волку, то и нам тоже. Нет смысла искать что-то другое, а лучше всего спрятаться в стационарном укрытии. Нас будут искать, и от тех, кто наверняка использует тепловизоры и газоанализаторы, отлично защитит камень пещеры и амбре звериного логова. Про разжигание костра никто даже не заикался.
К самому угасанию древа мы запёрлись в дом волка. У того случился когнитивный диссонанс, и Кусь не знал, как поступать и кого куда облизывать. Всегда он сам к нам приходил, за исключением двух первых дней, когда я прятался от света дерева. Позже ни разу не навещал жилище Найтволка, а теперь — опять, да ещё и однорукого притащили!..
Волчара не понимал, что происходит. Покосился на Шторма, а когда я перебинтовывал культю, то подошёл, обнюхал раны и молча зализал, остановив подтекавшую кровь и закрыв плотной плёнкой. Пока здоровяк пучил удивлённые глаза, я опять раздел Склизкую, смотав часть бинтов с хорошо заживших мест.
В поселке, который отравили, большинство домов сгорело, ещё и рыбообразные почти не носили одежду. Я специально искал что-нибудь из ткани, подходящей для бинтов, но среди груды кожаных поясов, перевязей, сумок, поясных мешочков и ножен для ношения всего — от кинжалов до топоров — мне удалось прихватить всего пару роскошных платьев, которые я и сунул в криптор. Просто тряпок, которые можно было порвать на бинты не оказалось. Платья, то я сунул, — а порвать заранее не сообразил, — поэтому проще с рыбообразной смотать, чем драть пышное одеяние. Дав себе обещание додрать одежду на запасные бинты, когда руки дойдут, а то вдруг ещё кого раненого встретим, оставил вопросы полевой медицины и раздал всем еду.