— Ты даже не спросил про Артикона, — я даже уже немного начал забывать про Талису и её приказ, и мне становилось эмоционально легче.
— Ты его убил. Я это чувствую. Но как? — мне показалось, или он ждал от меня ответа именно на этот вопрос?
— Не всё сразу, — улыбнулся я через силу. — Теперь всё поменялось, не так ли? Обычный человек убил высшего вампира. Тебе не кажется, что это выглядит, как страшная, для вас, ирония?
— Вот только ты не обычный человек, — задумался вампир. — Далеко не обычный человек. Неужели жидкое серебро подействовало так быстро, и ты смог его обезглавить?
— Ваш скелет поистине крепкий. Такая повышенная плотность и, возможно, другое структурное построение костной ткани делает её практически не разрушаемой. Из ваших костей можно делать доспехи, — рассмеялся я.
— Как ты смог его убить?
— Когда физика не может убить бессмертное существо, то в дело вступает химия.
— Много новых слов ты знаешь, и самое обидное то, что только ты их понимаешь. Не зря всё-таки путешествуешь по всей планете. Что такое химия? И физика? — он пристально посмотрел на меня. Я это чувствовал нутром и частично лицезрел периферийным зрением.
— Химия и физика — это два из основных составляющих компонентов созидания и разрушения всего. Я не могу тебе просто так всё это объяснить, когда ты даже азов не знаешь. Просто поверь мне на слово.
— Значит, ты можешь с помощью химии и физики уничтожать всех и вся? Магия какая-то, — рассмеялся он, но в смехе проскальзывал тихий ужас.
— Если не знать этих двух предметов, то всё будет выглядеть, как магия и волшебство.
— Тебя бы следовало убить, — как будто невзначай прошептал кровосос.
— Сделаешь этому миру большое одолжение. И на твоём месте я бы действовал, а не разбрасывался словами.
— Договор, — напомнил он мне. — Ты убиваешь Артикона, а я провожаю тебя до границы Лесов псин.
— Договор есть договор, — согласился я. — Зачем тебе нужна была смерть охотника на вампиров Артикона? — я много думал над этим, когда скакал на коне с отрубленной головой охотника. — Кстати, спасибо за сохранность моего коня. Голова охотника в сумке на бедре Санты.
— Твой животный друг Санта мне стал нравиться. Такой преданности никогда не видел, даже в собаках. И это сейчас не про оборотней. Его хотели использовать стражи смерти, но я смог переубедить их не трогать Санту.
— Спасибо.
— Что насчёт Артикона? — он призадумался. — Надеюсь, это останется между нами?
— Я могила, — заверил я.
— Надеюсь, это останется метафорой. Не хотелось бы воплощать её в реальность, — Дрейк достал ещё флягу и протянул её мне. На этот раз эта была обычная вода. — Больше двух веков назад ко мне обратился Артикон. Он был на грани жизни и смерти. Неизлечимая болезнь, которая должна была свести его в могилу. Представь себе великого и знаменитого охотника на вампиров, который умер в собственной постели. Может сейчас это представляется легче, но точно не двести лет назад. Он просил у меня бессмертие в обмен на любую мою просьбу.