Если подойти с археологической точки зрения, то можно сказать, что уже к этому моменту гоплиты уже не те. Вооружение стремительно деградирует. Шлем превращается в тоненькую медную каску. Очень похоже, что у многих «гоплитов» на стороне Спарты вообще вместо шлемов толстые шерстяные шапки. Да и меч превращается скорее в кинжал. Причем не самый длинный. О броне для тела и говорить не приходится.
А вот «легкие» воины, стремительно набирают вес, как в прямом смысле — за счет вооружения, так и в смысле значения на поле боя. Матерый, тертый и опытный пелтаст, в залутанном линотораксе и шлеме, пусть и с легким щитом, зато с длинным мечом, может оказаться смертельно опасным врагом в условиях войны «без правил», то есть не на заранее оговоренных местах для битв, без условий ограничивающих численность лучников и конницы. В войне, где противники ищут любое преимущество, этот условный «скирит», в силу своей многозадачности, оказывается предпочтительней гоплита. Который уже не тот). Вот вам надгробная стела афинянина Статокла, датируемая концом V в. Его противник носит шлем пилосского типа и экомиду, скрепленную на правом плече булавкой, и вооружен коротким мечом. Возможно, это лакедемонянин, хотя он и не носит длинных волос, которые были отличительной чертой лакедемонских воинов. Статокл достаточно богат для стелы, но даже на ней он без панциря. Обратите внимание на длину мечей.
Перед стратегами греков вставали новые вызовы. Надо было соорудить из сравнительно плохо обученных людей основу пехотного строя для больших армий. Повысить управляемость отрядов. Да вообще, в принципе, найти новый рецепт победы. Это были пока трудно уловимые тенденции, нечто на уровне ощущений. Афины и Аргос активно искали новые рецепты победы, но как это часто бывает, легче построить с нуля нечто новое, чем реформировать уже существующий и устоявшийся порядок.
Ну и в заключение счет от мясника, куда же без него:
«Лакедемоняне, выстроившись на поле битвы перед телами павших врагов, тотчас же воздвигли трофей… Аргосцев, орнейцев и клеонцев пало 700 человек, мантинейцев — 200, афинян вместе с эгинцами — 200 (в том числе и оба стратега). Союзники лакедемонян не понесли значительных потерь. Относительно самих лакедемонян установить истину было трудно. Передавали, однако, что у них пало до 300 человек.»
Филипп II, Македонский
Все кто имеет хоть немного опыта войны в хороших стратегиях знает — самое сложное это выжить в начале катки. Урвать себе пару вкусных владений, а уже потом, опираясь на мощную экономику, можно наклепать армию и всех победить.