Призыватели тут были одеты по походному, без клановых гербов и отличительных знаков. Все ели, пили и веселились, счет был оплачен наперед. И даже с учетом работы бара, вряд ли они смогут наесть и выпить на всю сумму предоплаты. Похоже, кто-то весьма богатый и влиятельный стоял за этими людьми.
Но наученный персонал с вопросами не лез, а лишь приносил новые порции взамен съеденных.
Потому мало кто обратил внимание на невзрачную фигуру в черном худи, обмотанную широким шарфом до самых глаз. Парень прошел через весь зал, сел за стойку, взял первую попавшуюся тарелку с пастой и принялся есть.
— Эй, эй, — пихнул бородатый здоровяк своего приятеля локтем и указал на стойку. — Это, кажись, тот самый.
— Кто?
— Кровавый.
— Да ладно. Чет не похож.
— Смотри внимательно. Шарф, чтобы скрыть ошейник и черные одежды, чтобы не видно было крови.
— А чего он натворил? — вмешался в беседу третий, разглядывая парня за стойкой.
— Псих, — коротко резюмировал бородатый. — Говорят, он родился в диких землях. Как-то пробрался в Москву. Его там тушинские приютили у себя, пожалели бедолагу.
— И что?
— А он взял и всех порешал. Бабу одну изнасиловал, призывательницу. Затем убил. И всю группу грохнул.
— Погоди, это где тушинский лучник живет?
— Жил.
— Э, он же с моим братом вместе работает.
— Работал.
— Че, прям всех?
— Говорю же, псих. Еще и среди мирных резню устроил. Несколько десятков людей положил, пока Небожители не вмешались и не утихомирили его.
— А почему он тогда тут? — спросил осоловевший собеседник, в глазах которого плескалась чистая злоба от услышанного. — Такого сразу надо к покровителю отправлять.
— Говорят, он знает, где последний храм Короля-Лича спрятан.
— Так мы туда идем? Так он наш проводник, что ли?
— Куда скажут, туда и идем, — рыкнул бородатый, который, судя по всему, был главным за столом. — Тебе такие деньги платят не за вопросы.
— Чета больна он хорошо выглядит для такой мрази, — продолжал прожигать его взглядом пьяный парень. — Я слыхал про тушинскую группу, они же наши ребята все, гильдейские. Весь район защищали. А этот…
— Так он тоже гильдейский, — вставил третий приятель, улыбка которого похожа на оскал гиены. — Его из гильдии выперли недавно. Гамбо, так это твой дружок, да? Тебя из-за него погнали ссанными тряпками из гильдии?
— Он мне не друг, — хмуро произнес Гамбо и посмотрел в сторону призывателя, что сгорбившись сидел за стойкой.
— А чего тогда ручался за него? — ухмыльнулся гиеноподобный.
— Не твое дело, — огрызнулся Гамбо.
— Э, ты че, нарываешься?
— Тихо, — обрубил бородатый, которому ни к чему были споры среди своих. — Не забывай, кто тут выбил тебе теплое местечко в караване. Но он прав, Гамб, ты че, реально поручился за этого психа перед гильдией?