Подумав, я черкнул на странице:
— Завтра в семь часов утра на школьном стадионе.
Незачем затягивать это дело. Чем раньше, тем лучше.
Секундант моего соперника покачал головой.
— Увы, утро у господина Терновского уже занято. Предлагаю время после занятий. Часов пять?
Нетрудно догадаться, чем именно блондин занял это время. Готов поставить бабки, что дуэлью с Левшиным.
Я кивнул.
— Хорошо, принято. Осталось обговорить формат поединка. Оскорбление действием не относится к разряду особенно тяжёлых, так что, раз вы предпочитаете клинки, предлагаю вам биться до первой крови.
Я снова кивнул. Нет, уже за одно только то, что я вынужден каждый раз качать башкой, выражая согласие, папаше надо бы отсечь причиндалы — как принято в приличных семьях вроде Олимпийцев!
— Прекрасно, — сдержанно улыбнулся Юматов. — В таком случае до встречи завтра в пять часов пополудни. Спасибо, что уделили время.
Как же он упивался своей ролью! Прямо сочился вежливостью, будто дикий улей на солнце — мёдом.
Проводив его до выхода, я вернулся к себе и нехотя засел за уроки. Правда, спустя четверть часа пришлось прерваться: зазвонил телефон. На экране высветилось: «Миша». Ответив на вызов, я угукнул, давая понять, что слушаю.
— Привет, Ярик, — раздался его голос. — Наконец-то, я до тебя дозвонился! Чем ты занимался? Ладно, неважно. Я позвонил Терновскому и бросил ему вызов. Дуэль завтра утром в семь. Прошу тебя стать моим секундантом. Согласен?
— Угу, — отозвался я.
Вставать, конечно, придётся ни свет, ни заря, но парень заслужил хотя бы моё присутствие. Должен же его кто-то поддержать. К тому же, он ещё может выжить, так что незачем совсем уж человека со счетов списывать раньше времени.
— Спасибо. Не сомневался, что согласишься. А как у тебя дела? Знаю, что не можешь ответить сейчас, так что черкни в мессенджере. Всё, жду!
И он повесил трубку.
Я быстренько отправил ему сообщение, описав приезд Юматова и условия, о которых мы договорились. В конце добавил: «Надеюсь, ты его хорошенько отделаешь и выступишь моим секундантом после уроков».
Пусть думает, что я в него верю. Мне не трудно, а ему приятно.
Через пару секунд появилась отметка, что сообщение прочитано. Михаил начал печатать в ответ. Справился быстро: не прошло и минуты, как мне прилетело от него: «Это вряд ли. Урод выбрал пистолеты».
Ох, не повезло! Этого Левшин, видать, не предусмотрел.
— Ярик?
Голос Николая заставил меня оторваться от экрана и обернуться. Отец стоял на пороге. Ну, и какого лешего ему понадобилось?
— Я стучал, — сказал он. — Ты не слышал?
Я отрицательно покачал головой. Если бы стучал, слышал бы, так что не надо ля-ля, дорогой родитель.