Для Мигеля семьёй стал эль Патрон. И не только сам Эскобар, но и его жена, ребёнок, родители и сестры. Готовый на всё ради Пабло, он принёс ультимативную жертву. Как можно было отплатить за такое? В голову ничего не приходило, кроме как создание благотворительного фонда его имени, который займётся сиротами и их судьбами. Пусть у Мигеля своих детей не появилось (по крайней мере, о которых он бы знал), относился он к ним хорошо.
Дети тоже любили мрачноватого громилу. Как и их родители. Сегодня в церкви было как раз много таких людей, «с района», помнившие Мигеля со времен, когда Пабло только поднимался.
Всю церемонию Эскобар был мрачен. Мария тихо вытирала слёзы и обнимала сына, не решаясь как-то тревожить мужа. С момента, как всё случилось, он не выходил из этого состояния, очень и очень сильно переживая не только смерть товарища, но и крушение иллюзий.
Соболезнования он принимал на автомате, практически молча. Даже братья не смогли пробиться через эту броню. Роберто, на правах родного брата, пытался вытащить из Пабло хоть что-то, но не добился практически ничего.
Подошел Хорхе Очоа. Оба брата Очоа были под впечатлением, в первом ряду наблюдая собственного лидера. Они, конечно, знали, что Пабло Эскобар Гавириа — не мальчик для битья и серьёзный мужик, но чтобы настолько…
Впрочем, надолго он тоже рядом с Пабло не задержался, передав соболезнования и попросив приехать к ним на виллу, в ответ получив понятное только Пабло «уж лучше вы к нам». Впрочем, последовало уточнение — Эскобар зазывал братьев к себе в Наполезе.
Эскобар, увеличив количество «активной» охраны в разы, что для себя, что для семьи, собирался перевезти родных в поместье и, обеспечив самым близким людям безопасность, «пойти на войну». Изредка прорывающаяся наружу ненависть, жгущая его изнутри, требовала выплеска, и лишь долгие молитвы удерживали Пабло в рамках самоконтроля.
Темная часть его души хотела крови, жестокости и боли. Рациональная сторона перенаправляла эти желания в более продуктивное русло. Так, за прошедшие с момента нападения на него «Джентльменов из Кали» дни, Эскобар уже встретился с несколькими журналистами, парочкой купленных на корню сенаторов и, что было чуть ли не самым важным, представителями антинаркотической американо-колумбийской спецгруппы.
Встреча с последними прошла максимально продуктивно, хотя вопросов у силовиков возникло более чем достаточно.
— Откуда у вас это всё, — Терри Брэдшоу, главе спецгруппы, даже короткого ознакомления с собранными Эскобаром документами хватило, чтобы понять, что колумбийское наркопроизводство понесёт ужасающие потери, если пустить эту информацию в ход.