Я тут же вспыхнула, уже предвкушая то, что последует дальше. Но лорд Рейнхард оказался поистине коварным соблазнителем.
Мгновенно отстранившись, он пригладил пиджак и чопорным тоном произнес:
— Я говорю о назначении даты свадьбы, леди Адалин. А вовсе не о том, о чем вы сейчас подумали.
Но судя по хитрому блеску глаз законника, одним обсуждением торжества мы явно не ограничимся…
Выскользнув из экипажа с невиданной для моего положения прытью, я направилась прямиком к двухэтажному зданию, на котором красовалась вывеска «Рейнхард – закон и право».
По пути едва не поскользнулась на тротуаре, с трудом удержавшись на ногах. Улицы столицы сегодня утром припорошило первым в этом году снегом. И расчистить дорожки в городе еще не успели.
Зима вступала в свои права. И для меня это была уже третья зима, которую я встречаю в новом мире.
Но даже непогода не сумела удержать меня дома в это пасмурное утро. И как только до меня дошли кое-какие любопытные слухи, я сразу же направилась сюда.
Впрочем, удержать меня дома пытались и трое верных слуг. Август, Марша и Декстер в последнее время вообще превратились в заботливых наседок, иногда переходя всякие границы. И с молчаливого одобрения герцога Рейнхарда отказывались выпускать меня из дома без крайней на то необходимости.
После объявления о нашей с Саймоном помолвке они так радовались, что у меня так и не повернулся язык рассказать им всю правду.
Они были твердо убеждены в том, что их любимая госпожа сумела пережить все невзгоды, встала на ноги и даже обрела счастье в новом браке. И пусть у настоящей Адалин в новой жизни все действительно сложилось самым лучшим образом, слугам не будет от этого легче, если они узнают, как оборвалась ее жизнь здесь.
Поэтому я приняла волевое решение молчать. Незачем бередить их раны такой горькой правдой в их пожилом возрасте.
Вздохнув в очередной раз, решительно направилась к нужной двери, резко ее распахивая и буквально вваливаясь внутрь.
Едва колокольчику, висящему над дверью, стоило прозвенеть, извещая о моем появлении, как безупречная госпожа-секретарь мгновенно поднялась из кресла и с приклеенной к губам вежливой улыбкой начала произносить заготовленную речь:
— Рада приветствовать вас в лучшей столичной компании по оказанию…
Тут ее взгляд наткнулся на меня. Бедная девушка осеклась, а вежливая улыбка с лица тут же сползла.
Понимаю ее прекрасно. В последнее время я сюда зачастила. И поводы всегда были не прям, чтоб радостные. А поведение иногда прямо-таки раздраженным.
И во всем виноват один прославленный законник столицы. Причем, виноват как в причинах моего нервного состояния, так и в его последствиях…