Но она всё равно была за него рада. Рада настолько, что стоявшая рядом с ней Ева легонько толкнула девушку локтем в бок.
— Чего? — шепнула ей Елена, не сводя глаз с Александра.
— Ты прямо светишься, — так же тихо ответила ей подруга.
— Ничего я не свечусь…
— Ага, конечно, — негромко фыркнула Ева, чем тут же заслужила осуждающий взгляд со стороны своего отца и дальше продолжила уже куда тише. — Тут можно люстры потушить, и всё равно светло останется.
— Ты преувеличиваешь, — ответила ей Распутина, пряча смущённую улыбку за краем бокала с шампанским.
Впрочем, она хорошо чувствовала, как у неё сейчас горят щёки. На ум пришёл тот самый момент. Когда он уходил из её комнаты. То, как она вскочила с постели и бросилась к нему. Как поцеловала. Этот порыв… Она до сих пор до конца не понимала, что именно тогда сделал Александр для того, чтобы ей стало лучше. Не обращала внимания на то, что он попросил её о поцелуе, даже, наверное, не догадываясь, сколь дорог ей был этот самый поцелуй. Первый в её жизни.
И она вспомнила его до сих пор.
Сейчас, глядя на стоящего перед Императором Александра, одетого в парадный мундир, её сердце замирало…
— И потому здесь и сейчас, Виктор Распутин, я признаю вас графом Российской Империи, дабы отныне дом Распутиных имел своё продолжение не в легендах — но в живой крови и делах.
— Что?
Бокал выскользнул из её ослабевших пальцев и упал вниз, разлетевшись от удара об мраморный пол вереницей осколков.
Тотчас же десятки стоящих рядом с ней аристократов повернули головы в её сторону, отреагировав на столь резкий и неожиданный звук.
Но Елена даже не обратила на них внимания.
— Что… Как это? — поражено повторила она, всё ещё пытаясь поверить в то, что только что услышала. — Он же сейчас сказал…
— Да, Елена, — произнёс мягкий голос у неё над ухом.
Повернувшись, девушка увидела стоящего за её спиной отца Евы. Граф Армфельт смотрел на неё почти что с жалостью и сочувствием.
Но вот какого-то удивления в его взгляде она так и не нашла.
— Что происходит? — сбиваясь зашептала она. — Почему… Почему его величество сказал…
— Елена, я всё тебе объясню, — мягко прервал её граф. — Пожалуйста, потерпи…
— Потерпеть⁈ — вспыхнула девушка, и в этот раз её голос прозвучал уже куда громче. Достаточно громко, чтобы разнестись по залу. — Почему он носит фамилию дедушки⁈ Я не понимаю! Я…
— Елена! — уже куда строже и более резко сказал Армфельт, перебив её на полуслове. — Тебе сейчас нужно замолчать. Я понимаю твоё смятение и непонимание. Мы всё тебе объясним. Но сейчас, пожалуйста, веди себя тише.