Начинался новый день. Ещё столько всего предстоит натворить!
Легко перемахнув запоздало сомкнувшиеся стальные прутья кроватки, Малой первым делом пошёл на звук, и выйдя из родительской спальни, тут же принялся спускаться вниз по лестнице. Ходить он ещё толком не умел, поэтому предпочитал катиться по парапету прямо в особом подгузнике, который предоставили сами демоны вместе с младенцем. Он был для Малого как амортизатором, так и всё впитывающей бездонной чёрной дырой. Плюс никогда не сгорал и не требовал замены, что несколько облегчало жизнь Адовым, но со всем остальным справляться по условиям Договора они должны были сами.
Топот, уже починивший ручку и следом выключивший телевизор, предпочёл выйти через чёрный ход и вернуться на чердак по верёвочной лестнице, по которой Малой взобраться ещё не мог. Зато он вполне мог добраться до кухни.
Михаэль как раз вполне себе по-отчески постукивал по холодильнику рукой, словно просил у него прощения и бормотал:
— Ну ты это… не серчай.
Что Малой сразу же воспринял как акт агрессии.
— Помогу! — пробормотал демонический младенец, подполз к стулу, подхватил его за ножку вместе с Даймоном и выкинув старшего брата в окно, тут же принялся «так же» стучать по холодильнику.
— О-о-о, — протянул Михаэль. — Вы только посмотрите на малютку. Он… подражает.
Стулья в семье были довольно крепкими ещё с лета. Удар тут же оставил на холодильнике заметную вмятину, отчего могучее бытовое устройство слегка пошатнулось, но устояло.
— Помог? — переспросил Малой, отшвырнул стул в сторону и подполз уже к Маре. — Сидеть хочу! — заявил он следом и в окно полетело уже и младшее проклятье.
В то же время в дверь вбежал рассерженный Даймон весь в осенних листьях и всяком мусоре и тут же рванул к Малому.
— Я сейчас покажу ему, как братьями кидаться! — заверил он, разгораясь пламенем по всей поверхности тела.
Но отец заранее перекинулся в медведя, подхватил его подмышки и приговаривая:
— Ай, ай, горячо! — начал перекидывать из лапы в лапу, как горячую сосиску.
После чего опустил сына в раковину и включил холодную воду. По кухне тут же пошёл пар. А вернувшаяся следом Мара едва открыв дверь, тут же пообещала ровным голосом:
— Однажды я останусь с ним наедине…
В этот момент в окно на скорости влетела летучая мышь и перекинулась прямо на холодильнике. А затем начала поправлять причёску:
— Так, что я пропустила?
Мара тихонько начала читать проклятье сквозь зубы, но малой лишь рассмеялся в голос. Демоны его уровня обладали иммунитетом к любым формам словесного воздействия.
Михаэль пожал плечами, подхватив дочку на руки и привычно начиная раскачивать из стороны в сторону, пока по комнате не перестала проноситься вдохновляющая латынь.