— Как это не ваш? — возмутился Сатана, но тут к нему вышел Армагеддоныч, обратившись со своим вопросом.
— Послушайте, милейший. Я тут пока слушал от вас истории про геймеров, тогда спросить постеснялся. Но сейчас-то можно. Как говорится, последний день мира.
— Чего вам, Артур Гедеонович? — очевидно так расстроился отказом сына Сатана, что ни о чём другом думать не смел.
— Так вот геймеры эти все, — подбирал тот слова. — Они что, все за зло играть только будут?
— Уже сыграли, — развёл руки в стороны Сатана. — А вот — результат!
— Но разве нет среди них тех, кто так же охотны сыграл бы и за добро? Цветок бы там какой-нибудь выращивали, рыбу ловили, но… исключительно, чтобы котика покормить.
Сатана ухмыльнулся, сложил руки на груди и ответил так:
— Может и хотели бы за добро выступать, но кто ж им даст? Пока в играх стреляют, убивают, воруют и пьют кровь, игромир работает только на нас. И игроки его — наши. Они даже когда строят чего-то и разгадывают, всё равно наши. Так как ни один ещё соглашения под звёздочкой не прочитал, а там написано, что «все играют во славу Сатаны». Правда, на латыни написаны.
— Так, конечно, против такого ни один серафим не устоит! — хмыкнула Агата Карловна, глядя как последний багровокрылый защитник с неба летит на землю вверх ногами.
— Бум, — добавил Малой и снова показал отцу язык, ещё и отвернулся.
Сатана тут же побагровел лицом. Но рядом была психолог. Агата Карловна тут же разрядила обстановку:
— Вот вы вечно делами захвата мира заняты, а о сыне совсем не думаете.
— Но я всё — ради него! — возразил Сатана.
— А надо было всё — с ним! — парировала банши. — А теперь результат таков. Мир разрушен или на грани, а он вас видеть не хочет. А вот Адовых — хочет. И они ему стали родными больше, чем вы.
— Плохой вы отец, — добавил Артур Гедеонович. — О сыне совсем забыли. А сами всё по рыбалкам, да новых Всадников Апокалипсиса наверняка ищете.
— Как бы то ни было, Армагеддоныч. Что сделано, то сделано, — ответил Сатана и снова на Малого с надеждой посмотрел.
Но тот отвернулся и сделал вид, что его нет.
— Но ведь у людей даже выбора не было за которую сторону играть! — выскочила из-за спины своего спутника и Ленка. — Я бы вот за ангела какого-нибудь сыграла. Так что требую переигровки! Давайте на равных разрушать и творить. Чего сразу Апокалипсис? А? да и какой смысл, если все умрут? Сын вас любить крепче не станет при таком раскладе. Подумайте о Малом!
Сатана посмотрел на голову Люцифера, что уже показалась среди облаков и снова поправил котелок, размышляя вслух: