Эффект от внезапного нападения и хаоса в рядах противника, к которому он привел, постепенно сошел на нет. Русские корабли не собранные в «конусы» или хотя бы в атакующую «фалангу» на равных продолжать сражаться с намного превосходящими их силами врага долго не могли. Кинетика атаки была погашена, все те капуданы турецкого космофлота у кого не выдержали нервы и которые начали в панике уводить свои корабли из сектора, уже это сделали. Напротив русских остались те, кто собирался драться, и таковых оказалось в несколько раз больше, чем паникеров.
Рассеять с хода турецкий космофлот Самсонову не удалось, однако надежды на успех наш командующий пока не терял, ведь у него, как думал сам Иван Федорович, был припасен козырь в лице адмирала Белова и восьми кораблей его полудивизии. Которые в данный момент, судя по данным сканеров, проводящих анализ спектра и мощности излучения, усиленно восстанавливали свои защитные поля.
— Еще несколько минут и Кондратий Витальевич ударит с «тыла» и даст Бозкурту хороший пинок под зад, — успокаивал сам себя командующий Черноморским флотом, продолжая атаку на противника. — Ведь не для того, чтобы просто стоять в стороне и смотреть, как сражаются и погибают в неравной схватке с врагом твои товарищи, Белов согласился на договор с османами⁈
К сожалению, в своем последнем предположении Самсонов частично оказался прав. Что же происходило между командиром нашей 2-ой «ударной» и адмиралом-пашой Бозкуртом, когда тот ответил на вызов с «Рюрика» и вступил в переговоры с Беловым?
Изначально Кондратий Витальевич, выходя на командующего турецким флотом, пытался потянуть время. Видя, что «черноморцы» не успевают в сектор сражения и желая спасти свои экипажи Белов рискнул и напрямую обратился к Ясину Бозкурту с предложением о прекращении огня. На сделку с османами наш адмирал мало рассчитывал, Бозкурт был известен своей жестокостью и непримиримостью к врагу, тем не менее, к большому удивлению Белова, сделка состоялась.
В ее итогу корабли 2-ой «ударной» дивизии прекращали сопротивление и выходили из сектора в указанные Бозкуртом координаты и дальнейшего участия в сражении, чем бы оно не закончилось, не принимали. Кондратий Витальевич с одной стороны был вынужден пойти на это, ибо в случае несогласия все его экипажи погибли бы в течении часа. С другой стороны наш командующий внимательно следил за обстановкой и потихоньку, пользуясь моментом, восстанавливал мощности своих кораблей, готовясь, когда это потребует время, атаковать врага.
Адмирал Белов не верил честному слову Бозкурта, впрочем, как и Бозкурт не верил ни единому слову этого хмурого гяура, поэтому оба не считали обязанными четко придерживаться условий только что заключенного перемирия. Кондратий Витальевич, как ранее предположил Самсонов, конечно бы ударил в «спину» турецкому космофлоту и даже бровью бы не повел, вот только возможности ему это сделать хитрый паша Бозкурт не предоставил.