Так. Стоп! Сейчас меня опять унесет непонятно куда, а я решила сегодня не обижаться. «Ты вчера вообще-то сказала ему, что тебе все равно. И до этого тоже сказала». Внутреннее «я» сегодня особенно язвительное.
Так, что у нас тут еще? Блинчики, панкейки, оладьи, каша с орехами, красивые сэндвичи с ветчиной и зеленью. Для них у нас точно нет подходящих продуктов. Блинчики — это уровень профи. Не буду рисковать. Значит, яичница! В прошлый раз готовил он. Ничего сложного в этом не было. Справлюсь.
В холодильнике как раз осталась пара помидоров. С сомнением смотрю на лук. С утра как-то не очень. Достаю укроп и яйца. В рецепте написано три штуки. Режу помидоры, стараясь сделать ровные кубики. Хочется, чтобы было хотя бы красиво, потому что вкусно будет вряд ли.
На кулинарные курсы записаться, что ли? Папа мне художку предлагал, а надо было совсем другое. Что-то вроде: «Быт. И с чем его едят». Рассматриваю дело рук своих. Вроде ничего так получилось. Аккуратненько. Значит, есть шанс, что однажды на мою еду можно будет не только смотреть, можно будет и есть.
Что там дальше? Заглядываю в телефон. Угу. Взбить в миске яйца. Окей. Где посуда, я уже знаю. Достаю пиалку, вилку и сразу сковородку. Пробую разбить яйцо о край пиалы, как показано в инструкции. Не получается. С ножом выходит лучше, только дурацкая скорлупа попадает в белок. Выковыриваю ее пальцами, повторяю процедуру, надеясь, что все вытащила. Взбиваю вилкой. Обжариваю помидоры, засекая время на таймере. Они дают сок, и, когда я выливаю в сковороду яйца, смесь приобретает красивый красноватый оттенок.
— Вау! — подпрыгиваю от радости. — Да я герой! Не все потеряно!
Закрываю крышкой и снова засекаю время. Снимаю свой шедевр с плиты и едва не пищу от восторга. Получилось! Ура-ура-ура! Самооценка ползет вверх. Мурашки радостно носятся по мне в ожидании довольной и благодарной улыбки того, кто сейчас спит в соседней комнате, сверкая своими трусами. Уверенно рву укроп для украшения и ставлю вариться кофе. С кофеваркой все как-то проще и понятнее, чем с плитой. А теперь еще кое-что сложное. Надо поднять полуголого Саркиса. Нам же к врачу, а времени уже около одиннадцати. Заглядываю в комнату, а сама смотрю куда угодно, только не на кровать. Хватает секунд на пять. Бросаю взгляд на мужа и тут же отворачиваюсь всем телом. Сердце заходится в бешеном ритме.
Он издевается⁈ Пока я воевала с его завтраком, Кис успел перевернуться на спину. Теперь помимо того самого синяка, пресса, который до колючек в пальцах хочется потрогать, мне довелось лицезреть его утренний «привет».