Константин Горячев согласился на процедуру, которая убивает половину кандидатов, и теперь лежит в медкапсуле, пристёгнутый ремнями, пока иглы проникают ему в кости и позвоночник. Ледяная субстанция заполняет тело, мир расплывается разноцветными пятнами, а последнее, что он видит перед отключением — лицо полковника Исаева, смотрящего на него сквозь стекло с любопытством, с каким разглядывают подопытного кролика. Восемь дней спустя, когда организм уже должен был сдаться, он приходит в себя — и обнаруживает, что видит программный код своих нанитов, а те, что должны были остаться мёртвым грузом, включаются по его воле.

Он прибыл на базу «Монолит» с тремя друзьями из интерната, прошедшими через шахты и предательство. Двоих он потерял по дороге. Теперь они курсанты, но не простые: их зачислили сразу на второй курс, минуя год выживания. Константин хочет стать тем, кого не смогут выбросить обратно в грязь, и каждый день напоминает себе, что привычная тяжесть перегрузок — это его преимущество, а не проклятие. Он учится держать удар, молчать о том, что видит, и не доверять людям в белых халатах, которые обсуждают его судьбу, словно его нет в комнате.

Наниты в его теле работают, но не слушаются системы. Учёные потеряли над ними контроль, а он сам не понимает, как управлять подарком, который чуть не убил его. Друзья прошли процедуру чисто и развиваются предсказуемо, а он — ходячая аномалия, получившая позывный «Грех», который то выдаёт идеальную стрельбу, то промахивается трижды подряд. Карина, лучшая в классе, смотрит на него теперь как на соперника, а не как на пришедшего позже. И где-то в коде, который он видит перед сном, скрывается ответ — или новая ловушка, расставленная теми, кто превращает детей в оружие.